Archive of Our Own

О том, что на окраине деревеньки Синьшань внезапно за ночь возник дом в два этажа высотой, украшенный изысканной резьбой, изображающей цветущие лотосы и плывущие облака, Чжань Юньфэй узнал только к вечеру, так как из-за обильных дождей развезло дорогу и вовремя вернуться в Цзянчжэ не удалось. И с утра первым же делом поспешил нанести визит. Однако застал там только молодого героя Фана. Который ругался, стоя на пороге терема, а у его ног крутилась собака.

— Несносный Ляньхуа пропал! — заявил герой Фан вместо приветствий, видимо, в своем расстройстве напрочь позабыв о манерах. — Он опять это сделал! А мы же договаривались!

— С чего герой Фан так решил? — аккуратно поинтересовался Чжань Юньфэй и все же сложил руки перед собой, в свою очередь приветствуя известного героя и наследника уважаемой семьи, как того требовали приличия.

— Терем пустой! — отозвался тот и присел на ступеньку, прижал к себе собаку, которая определенно успела поваляться в траве, из-за чего дорогие бело-голубые одежды приобрели зеленоватые разводы. — Совсем пустой! И очаг холодный, печь не топили несколько дней! А мы договорились встретиться на седьмой день четвертого месяца в деревеньке Сюйшань, вблизи Цзянчжэ, к югу от Жуйчжоу!

Никакой деревни поблизости с подобным названием не существовало, поэтому Чжань Юньфэй предпочел не заметить ошибку героя Фана. Тем более тот, скрючившись на ступеньке, ни капли не напоминал наследника или супруга принцессы, скорее младшего отпрыска большой семьи, о котором все забыли.

— Уверен, — проговорил осторожно Чжань Юньфэй, — целитель Ли и раньше уезжал куда-нибудь, оставляя свой терем. Все же дом выглядит слишком основательным для скорого перемещения. А некоторые ситуации требуют незамедлительного присутствия.

— И что мне делать предлагаешь? — вскинулся герой Фан.

— Попробуем в деревеньке поспрашивать, — предложил Чжань Юньфэй, подумав о том, что на худой конец всегда можно воспользоваться жетоном, чтобы еще и местные стражи присоединились к поискам. — Вдруг его кто-то видел. Вряд ли целитель Ли по собственной воле оставил надолго собаку без присмотра…

— Точно! Как только я сам не догадался! — воскликнул герой Фан, вскакивая на ноги. — Поспрашиваем о нем в деревне!

Идею расспросить деревенских жителей, он воспринял с исключительным энтузиазмом, первым кинулся вперед, так что Чжань Юньфэй едва за ним поспевал, и первым начал приставать к местным, с опаской поглядывающим на странного господина.

Чжань Юньфэю это напомнило тот период, когда все неравнодушные к судьбе пропавшего известного героя Цзянху, некогда бывшего главой секты Сыгу, ходили по разным городам и, показывая портрет целителя Ли Ляньхуа, спрашивали, не видел ли его кто-нибудь в последнее время. Но и как тогда все отрицательно качали головами, так и теперь владельцы лавочек как один заявляли, что подобный господин к ним не захаживал, а хозяин постоялого двора вспомнил, что видел такого, но несколько дней назад. Даже водовозы, доставлявшие бочки с водой для орошения полей, не могли сказать ничего внятного и только руками разводили. Женщины молчали, девушки строили глаза герою Фану, но также ничего полезного не сумели сообщить. Герой Фан уже успел впасть в уныние и принялся вслух рассуждать, что же ему делать, если Ли Ляньхуа так и не обнаружится, как Чжань Юньфэй обратил внимание на странную лавку со сваленной на нее грудой тряпья. И странного в ней было то, что стояла она снаружи очередного дома, а не во дворе.

— Герой Фан? — позвал Чжань Юньфэй, отвлекая того от раздумий.

— Что?

Тут груда тряпья зашевелилась, оказавшись свернувшимся калачиком человеком, и показалось лицо. С пятнами грязи, подсохшими и успевшими растрескаться, но черты угадались легко.

— А там на лавке, это случайно не целитель Ли? — Еще со времен истории с вышитой кожей и Повозки убивающего солнце он даже мысленно больше не мог называть этого человека «Ли Сянъи». Слишком уж тот изменился за долгие годы. Слишком перестал быть собой прежним.

Едва узнаваемый в запачканной одежде целитель Ли, зевнул сладко, спустил ноги с лавки — одну в сапоге, а другую босую, — и потянулся. Но на середине движения ойкнул и потер поясницу.

— Несносный Ляньхуа! — вскрикнул герой Фан и кинулся к нему.

От этого вопля только-только продравший глаза целитель Ли вздрогнул и, съежившись, просипел:

— Потиш-ше, Фан Добин. Лучше б воды подал, чем так кричать…

— Да я тебя сейчас утоплю в ближайшем колодце! — тот чуть ли не кулаками затряс над его головой, но в последний момент остановился, навис и продолжил кричать, повышая голос: — Ты где шлялся?! И почему такой грязный? — Принюхался и отшатнулся, едва вдохнув. — Ты что, пил все последнее время?!

Чжань Юньфэй вел довольно аскетичный образ жизни и в отличие от целителя Ли не страдал после возлияний, но от воплей героя Фана уши захотелось закрыть даже ему. И, по возможности, отойти подальше, а то кто знает, на что способен такой человек войдя в раж. Впрочем, отойти подальше стоило хотя бы из-за того смрада, которое словно невидимым облаком окружало целителя Ли — если тот что-то и пил накануне, то определенно не вино.

— Святая женщина твоя жена, — посетовал целитель Ли. — Терпеть такие допросы, и все равно оставаться…

— Да я тебя!.. — замахнулся на него герой Фан.

Целитель Ли со стоном прикрыл голову руками.

— Только попробуй, — раздался схожий сип из кустов, и через несколько мгновений оттуда с кряхтением выкатился рослый человек, в котором Чжань Юньфэй не без удивления опознал внушающего ужас всему Цзянху главу альянса Цзиньюань.

Не то чтобы Чжань Юньфэю часто доводилось видеть его, но кто другой мог оказаться поблизости от целителя Ли, да еще и готовый ввязаться в схватку за него.

Глава Ди выпрямился во весь рост, в одно мгновение будто бы став еще больше и шире в плечах, гневно сощурился на солнце, а потом, прикрыв глаза рукой с зажатым в ней сапогом, побрел к лавке, на которой продолжал восседать целитель Ли. Опустился на краешек, прижавшись к целителю Ли спиной.

— Сколько вина вы выпили? — уже не так громко спросил герой Фан.

Он будто бы в присутствии главы Ди слегка оробел. Впрочем, если верить всем историям, блуждающим в Цзянху, и сплетням, там не то что робеть, этого человека вообще стоило бы обходить по большой дуге. А если и вызывать на дуэль, то точно не в одиночку.

— Мы пили не вино, — проговаривая каждый тон, медленно заявил тот, подтверждая мысли Чжань Юньфэя. И поставил сапог к ногам целителя Ли.

С ног до головы перемазанный грязью, так же как и целитель Ли, с вороньим гнездом вместо аккуратного пучка, заколотого гуанем, он однако совсем не ужасал. И если бы не замотанный в тряпье дао в левой руке, то выглядел бы глава самого могущественного во всем Цзянху Альянса как обычный загулявший выпивоха.

— А я говорил, что плохая это идея, пробовать странное пойло, — все еще держась за голову, вздохнул целитель Ли.

Попытался усесться поудобнее, из-за чего они с главой Ди едва не навернулись с покачнувшейся лавки.

— Скажи это себе, — пробурчал тот, восстанавливая равновесие. — Кто у меня каждую вторую бутыль отбирал и выхлебывал больше половины?

— Не-ет, ты… — протянул тот.

— Да, — весомо кивнул головой глава Ди.

— А зачем вы пили непонятное пойло?! — не выдержал герой Фан. — Бутыли? С севера или запада завезенное? Где только купить смогли! — Потом поглядел на главу Ди, что-то, видимо, прикинул у себя в голове, и снова накинулся с расспросами: — И сколько вы его выпили?

— Немного выпили. И что значит — зачем? — удивился целитель Ли. Округлил глаза и тут же опять зажмурился. — Луна ночью была слишком хороша, чтобы не любоваться.

— А в чем была проблема любоваться ей из терема?! — не унимался тот.

— Мы и начали с терема, — внес свой вклад глава Ди. — Но пойло пилось совсем не как вино. И вместо легкости…

— Я увидел звезды… — мечтательно добавил целитель Ли, опуская голову на плечо главы Ди. Потом, видимо, опомнился, и выпрямился.

Но опять ойкнул и схватился за поясницу.

— И вообще тебе никто не мешал очистить меридианы, раз…

— Ты отказался очистить свои, — отрезал глава Ди.

— А если бы я решил с обрыва спрыгнуть, ты бы и тогда за мной последовал?.. Точно! — озарило его. — Мы же отправились любоваться луной со склона горы!

— Это вы там так основательно в грязи вымазались? — героя Фана явно терзало то же любопытство, в котором сам себе Чжань Юньфэй признаться отказывался.

Потому что одно дело, если бы пути целителя Ли и главы Ди просто пересеклись вблизи Цзянчжэ, но совсем другое дело что они не стали сражаться, а пили вместе. И не на постоялом дворе, как позволяли приличия, а вместе любовались луной! Со склона горы! Словно не два известных героя, а тайные любовники.

— На горе грязи не было, — герою Фану ответил глава Ди. — Только мягкая трава и лапник. И ветра не было. Удивительно теплая была ночь.

— Дожди были вблизи Жуйчжоу, — пояснил Чжань Юньфэй. — Дороги в том направлении все развезло, я только к вечеру смог вернуться.

— Тогда другой вопрос — что вы делали на дороге в Жуйчжоу?

— Фан Добин, все тебе расскажи! Фобибайши тебя чему-то не тому, я смотрю, научили!

— Не было нас в Жуйчжоу, — вместо целителя Ли ответил глава Ди. — Заплутали немного на горе.

— И оказались в Жуйчжоу?! — опять повысил голос герой Фан. — Какой еще лжи наплетете мне и всем остальным? Не стыдно?!

Только после его слов Чжань Юньфэй огляделся и понял, что вокруг них собралась уже довольно приличная толпа зевак. Отвлеченные от работы криками героя Фана, деревенские, кто застыв посреди улицы, кто повиснув на заборах, молча ловили каждое слово, чтобы потом судачить об увиденном и услышанном еще год вперед.
Заметив, что на них смотрят, люди поторопились разойтись. Кроме тех, кто вис на заборах.

— Ой, как неудобно, — засуетился целитель Ли. Пошевелил пальцами босой ноги и, согнувшись пополам принялся натягивать сапог. Из-за чего лавка опять опасно покачнулась, потому что не была основательно вкопана в землю. — Вставай, — поторопил он главу Ди. — Нечего тут рассиживаться. Пойдем к терему. Лавка, наверняка, хозяину нужна, а мы заняли…

— Забирайте с собой, это не моя, — подал дрожащий голос хозяин дома. Выглядывая поверх забора, за который держался обеими руками, бедолага дрожал так, что весь забор заметно шатался. — Забирайте, пожалуйста, мне чужого добра не нужно.

— А откуда тогда она здесь взялась, — удивился целитель Ли, округлив глаза и внимательно осмотрел лавку.

— Ты сказал, что на земле спать не будешь, потому что спину застудишь, — невозмутимо ответил глава Ди.

Поднял с лавки целителя Ли, стряхнул с его одежды комья грязи и подхватил лавку. Чжань Юньфэй сориентировался и указал направление к терему. Герой Фан с обиженным выражением на лице зашагал первым. Остальные потянулись за ним.

— Но я это говорил, когда мы были на склоне у обрыва, когда… — почему-то целитель Ли внезапно осекся и замолк.

— Поэтому мы там и не остались, — продолжил глава Ди. — Спустились к подножию горы.

— Но там местность вроде другая была… — он недоуменно осмотрелся.

— Потому что заблудились и спустились с другой стороны горы, — пояснил глава Ди. — Пошли в обход.

— И шли мимо дворов, я помню. Но по пути нигде не было лавок, все ворота на ночь закрыты были…

— … Во дворах были.

— Ты украл лавку из чьего-то двора?! — в один голос воскликнули, остановившись, целитель Ли и герой Фан.

Только герой Фан от своего вопля не стал кривиться и жмуриться будто от боли.

— Надо было для тебя украсть сразу кровать? — усмехнулся глава Ди. — Или дом? Хотя… Неплохая идея.

— Думать забудь, — припечатал целитель Ли. — Надеюсь, хоть никто не видел, как ты эту лавку крал? — Но наткнувшись на нечитаемое выражение лица главы Ди, уточнил: — Или видел?

— Пришлось спугнуть какого-то лентяя… — признался тот.

Фан Добин пошатнулся, но устоял.

— Только не говори, что ты его за это убил?

— Нет. — Пожал плечами глава Ди. — Он попросил его не убивать и сбежал.

— И ты его не догнал?

— Ся… Ляньхуа, — глава Ди выгнул бровь, — он совсем дурачок стал, как женился? Всем жены так на разум влияют?

— Ты!..

— Мне лавка нужна была, — четко выговаривая слова, пояснил глава Ди, — зачем мне труп?

— Глава альянса Цзиньюань опустился до кражи лавок, — посетовал тихо целитель Ли. — Кому расскажи — не поверят.

— То есть ты уже тогда упился так, что не помнишь, как пытался увести пару коней, чтобы отправиться в долгий путь спасать всех нищих и защищать убогих? — поддел его глава Ди в ответ.

— Я не мог украсть лошадей! — вспыхнул тот. Даже щеки краска залила.

— Потому что тебе не дали. А так очень даже украл бы.

— Кто не дал?! Меня поймали? — ужаснулся целитель Ли.

— Зачем ты коням сдался? — снова усмехнулся глава Ди. — Один из них заржал и попытался тебя лягнуть. Но ты увернулся, и упал в грязь.

— А ты следом за мной, чтобы мне там одному нескучно было? — с ноткой язвительности ввернул целитель Ли.

— Я попытался тебя поднять, но ты утянул в грязь меня и снова попытался увести лошадей. Взял их за поводья, но второй конь дернулся тебя укусить, и ты упал в грязь снова.

— И ты мне не помог подняться?

— Я не мог встать.

Удивленные взгляды вперились в главу Ди.

— От смеха, — добавил он, глядя куда-то в сторону.

Все ими сказанное походило на абсурд, но и выглядело как правда. Хотя, настолько упиться, чтобы кувыркаться в грязи… Чжань Юньфэй мысленно отметил для себя никогда не пробовать вино и любое другое пойло, завезенное с севера или запада. А то вдруг и он так однажды опозорится.

До окраины деревни они дошли в полном молчании. Даже герой Фан притих, скорее всего, потому что и он услышал слишком много. Больше, чем мог пережить за небольшой промежуток времени. Чжань Юньфэй надеялся, что на этом их приключения закончатся и не придется после все пересказывать господину Ци.

А потом мимо проходивший мужичонка внезапно застыл как вкопанный, его лицо исказилось от ужаса, и он с нечленораздельным воплем припустил от них подальше.

— Чего это с ним? — удивился герой Фан.

— Думаю, — медленно проговорил глава Ди, — это он попался нам в лесу. Когда спускались со склона.

— Нам кто-то попался по пути? — почесал затылок целитель Ли. — Не могу припомнить. Только то, что устал и не хотел идти.

— И я тебе нес на себе, — прибавил глава Ди. А потом ты решил, что спуск хуже некуда и расстроился. Но плакать героям не пристало, и ты захотел покричать.

— На тебя?

— В лес на деревья. Предложил покричать вместе. А он выскочил из кустов как заяц, и точно так же, как сейчас, рванул в сторону. Только в прошлый раз он придерживал штаны. Полагаю, ты с полезного дела сдернул его.

— Так, все хватит, — схватился за голову герой Фан. — Больше не смейте пить странное пойло. А то вторых таких ваших приключений я, боюсь, не переживу.

— Больше не пейте, но и меньше тоже, — пробормотал себе под нос целитель Ли так, что его услышал разве что Чжань Юньфэй… И глава Ди, если верить его хитрому взгляду.

— Что ты там сказал?! — резко развернулся к ним герой Фан.

— Давай-давай, пойдем уже, — отозвался целитель Ли, помахав рукой, словно подталкивая героя Фана идти дальше. — Надо бы поскорее вымыться. А то грязные с ног до головы. Как неудобно-то!