Work Text:
— А я помню, шел же разговор о том, чтобы перекрасить эту красоту, — протянул Хорхе, закинув руки за голову и рассматривая потолок.
Лионель хмыкнул, прижался к нему, устроил голову на плече.
— Перекрашивай, — ответил он, дотянулся до загорелой шеи кэналлийца, провел языком от впадинки под ключицей до самого уха, прихватил зубами мочку. — Тебя же никогда дома нет. Бери нормальный отпуск и хоть сам крась, хоть у Катарины бригаду дворцовых реставраторов забирай. Все равно им Лео платит.
Хорхе рассмеялся и потянулся к нему. Леонард посмотрел на то, как они неспешно целуются, улыбнулся и сел. Привыкнув к Хорхе — заботливому и внимательному любовнику, реакцию Хорхе-стрелка он недооценивал постоянно. Сильная смуглая рука мгновенно обвила его талию.
— Куда собрался, рыжий? — шепнул Хорхе ему в самое ухо. Кэналлийский акцент прорезался отчетливо, значит, он или уже был зол, или начинал злиться. — У нас Изломный отпуск. Семейное торжество.
— А у меня бюджет в четвертом чтении, — раздраженно сказал Леонард, откидываясь, впрочем, ему на грудь и подставляя губы. — Драный кардинал… — Поцелуй. — …драный слабоумный король с правом «вето»… — Поцелуй. — … и целый кабинет недоумков!
Хорхе фыркнул.
— У меня целый полк недоумков. Только моим, Лео, еще и какой-то идиот дал оружие. — Его ладони спустились к бедрам, погладили мигом напрягшиеся мышцы живота. — Знаешь лучшую команду на случай, когда все стремительно валится в Закат к кошкам? Действовать по обстоятельствам! По обстоятельствам, Лео! — Он наклонил голову и прижался с болезненным поцелуем к ключице. От таких на бледной тонкой коже Леонарда всегда оставались следы. — Ты умный. Ты сориентируешься на месте!
Обхватив обеими руками за пояс, Хорхе легко перекатил его через себя и устроил между собой и Лионелем. Тот в игру включился мгновенно, с тихим рычанием приникнув к его шее с другой стороны.
— Ли! — вскрикнул Леонард, отпихивая его ладонью в лоб. — Ну хорошо, он не понимает! Но ты-то! Я должен подготовиться!
— Ты готов с Осеннего излома, не морочь мне голову, — промурлыкал Лионель, перекатывая между пальцами его сосок. Хорхе понятливо занялся вторым. — Я-то, в отличие от него, сюда не в отпуск приезжаю, а живу с тобой в одном доме. — Леонард выгнулся, опираясь на лопатки, закрыл руками пылающее лицо. — Кроме того, — продолжил Лионель, поглаживая второй рукой его живот, — «Победа любит подготовку!» — как раз выражение, пришедшее к нам не из гальтарской поэзии, как почему-то принято считать, а от гальтарских же военных, так что понимает он все не хуже меня.
— Не за что драться, Лео, — подтвердил Хорхе, вычерчивая кончиками пальцев какие-то странные узоры у него на груди. — Сколько раз ты уже играл в эту игру! Даже если не примут сейчас или не примут в таком виде, машину государственных расходов все равно не остановить, будут действовать по запасному проекту, который подготовил тоже ты и уже давно.
— Удивительно, сколько знаний передается половым путем! — ядовито сказал Леонард и попытался вывернуться из их рук. Ему, разумеется, не позволили. — Но ты же понимаешь, что это будет неидеально!
Хорхе хмыкнул, прижался щекой к его груди и лукаво посмотрел на Лионеля из-под длинных черных ресниц.
— Неидеально, Ли, звучит так, будто означает «полный конец всему». Я правильно улавливаю семантические нюансы?
— Потрясающее лингвистическое чутье, коллега, — ответил Лионель, наклоняясь к нему. — Именно полный! Абсолютно… всему…
Минуту или две они упоенно целовались, устроившись у него на животе, а потом начали медленно сдвигаться вниз.
— Нет, — простонал Леонард, безуспешно попытавшись сбросить их с себя. — Нет, нет-нет-нет, о Создатель! А-а-а-ах!
Приподнявшись на локтях, он смотрел, как их губы смыкаются вокруг его напряженного члена, как сплетаются языки, касаясь невесомыми движениями чувствительной и тонкой кожи головки, скользят по набухшим венам. Его затрясло в накатывающем оргазме, когда кто-то из них — Хорхе, точно Хорхе, это его багряноземельские штучки! — опустил ласково поглаживавшую поджавшиеся яйца ладонь дальше в промежность и что-то зажал там, внизу! Леонард еще успел увидеть, как Лионель рассмеялся и полностью втянул его член в рот, как его выгнуло в сокрушительном оргазме, отбрасывая на подушки, вздрагивающим в долгой изматывающей судороге.
Хорхе склонился над ним, убирая со лба прилипшие влажные пряди, приник к губам, ласково погладил по щеке.
— Это не конец, Лео, — шепнул он. — Это всего лишь переход в режим многозарядности.
Леонард приподнялся на трясущихся руках, посмотрел вниз, чтобы убедиться в том, что ощущения его не обманывают и член нисколько не опал и не уменьшился в размерах.
— И после этого ты нам врешь, что не спишь там ни с кем в своей пустыне, дикарь, — простонал он, прикрывая член ладонью. — А знания у тебя, разумеется, исключительно теоретические!
— Об этом потом, — весело сказал Хорхе. Лионель нахмурился, выразительно подняв бровь. Хорхе перегнулся через Леонарда и втянул его в долгий, совершенно непристойный поцелуй со стонами и влажными звуками, от которых продирало морозом по всему позвоночнику. Хорхе столько времени проводил с морисками, что иногда Леонарду казалось, будто он пустил в свой дом, в свою жизнь и в свою постель настоящего шада: непонятного, чужого, пугающего и странного, бессмысленно жестокого и в то же время необъяснимо благородного. — Лео, не отвлекайся, — позвал Хорхе, подхватил его под лопатки и легко, словно тряпичную куклу, усадил на колени Лионелю.
— М-м-м-м, — протянул Лионель, блаженно щурясь, и, поддерживая его под бедра, откинулся полулежа на спинку кровати. — Лео, — шепнул он, раздвигая ему ягодицы, — давай!
Леонард прогнулся, поймав сосредоточенный, внимательный взгляд Хорхе, сжал член Лионеля в кулаке и направил его в себя, осторожно опускаясь сверху. Хорхе прижался к его спине, целуя и покусывая ухо, от чего Леонард мелко вздрагивал и вскрикивал, дергая плечом. Ладони Хорхе поддерживали его под бедра, не давая опуститься быстрее, навредить себе, перерастянув мышцы. Лионель откинул голову назад, следя за ними из-под полуопущенных ресниц. Ранние зимние сумерки погрузили комнату в полумрак, падавший из окна предвечерний свет играл на его влажно поблескивающих зубах. Леонард вслушивался в его прерывистые выдохи и наслаждался каждым. Он успел приподняться и вновь опуститься на его член несколько раз, когда руки Хорхе скользнули между их телами. Лионель судорожно втянул воздух и на выдохе застонал в голос.
Хорхе снова нежно куснул его в шею.
— Лео? — это просьба, приправленная сдерживаемым нетерпением, желанием. Ценность ее в том, что можно сказать «нет».
— Да, — прошептал Леонард, наклоняясь к Лионелю, почти ложась ему на грудь. — Да!
Пальцы Хорхе протиснулись вместе с членом Лионеля ему в зад, растягивая еще сильнее, тающая на них охлаждающая смазка заставляла вздрагивать от внезапного прикосновения холода. Лионель потянулся к его губам, удерживая одной рукой за плечо. Другая легла на его член. Леонард вскрикнул, приподнимаясь, и почувствовал как на возвратном движении они входят в него оба, тесно прижавшись друг к другу, слившись в одно целое. Лионель зажмурился и с силой втянул воздух сквозь стиснутые зубы, его пальцы стиснули плечо Леонарда до боли. Хорхе выругался на кэналлийском сквозь прерывистый стон.
— Не вздумайте двигаться, — выдохнул сухим горлом Леонард. — Ни один из вас. Я сам!
Многого не потребовалось — уже на четвертом движении нараставший в глубинах живота спазм накрыл его сокрушительным оргазмом, от которого потемнело в глазах, задрожали колени, подломились руки, и он упал, всхлипывая и бессвязно взывая к Создателю на содрогнувшееся в судороге вслед за ним тело Лионеля.
Хорхе осторожно вышел из его тела, не убирая ладонь с его трясущегося бедра, словно успокаивая норовистую южную лошадь, каких еще держат мориски для своих странных развлечений.
— Лео, — шепнул он, слизывая соленый пот с его шеи, — ты можешь идти?
— Идти готовить проект бюджета? — уточнил Леонард, осторожно сдвигая ноги и вытягиваясь сверху прямо на Лионеле. Тот, нисколько не возражая, соединил руки в замок у него на спине.
— Нет, гулять, — ответил Хорхе, подошел к скрытой за портьерой двери на террасу, открыл ее и вышел, как был, обнаженный, под заметавший столицу снег. Лионель и Леонард озадаченно переглянулись. — Зимние гуляния же, — крикнул снаружи Хорхе. — Пойдемте посмотрим, как украсили город! Я хочу изломный крендель и горячего вина!
— Тащи свои яйца обратно в тепло, сумасшедший кэналлиец, — засмеялся Лионель, поглаживая Леонарда по спине. — Еще один заход — и пойдем.
— У меня бюджет, — протянул Леонард, устраивая голову у него на груди.
— Нет, — ответил Лионель. — У тебя еще один заход и прогулка по зимнему украшенному городу. С семьей. Хорхе! Немедленно вернись в дом! Я не хочу, чтобы это был последний секс в моей жизни, эй!
— Ну ты же предусмотрительный, — заявил Хорхе, закрывая за собой дверь на террасу. Холод его кожи обжигал, когда он вытянулся рядом с Лионелем, прижимаясь к нему плечом и бедром. — У тебя всегда есть запасной план. Даже любовников два. Очень удобно.
— Возлюбленных, — поправил его Лионель. — И нет, не очень, проблем в два раза больше.
— Хочешь вернуться к скучной обыденности? — удивился Хорхе.
— Ни за что, — ответил Лионель и повернул голову так, чтобы касаться его холодных обветренных губ.