Work Text:
Сперва ей снилось что-то приятное: тепло дома, веселые голоса, мимолетная ласка. Но затем сон сменился. Появились улицы незнакомого города, солнечный свет померк, наступили сумерки. Из тесного переулка, откуда тянуло помоями и страхом, раздался громкий детский крик. Она кинулась на помощь. Ребенок в потрепанной одежде прижался спиной к стене и в ужасе закрывал голову руками. Скаля острые зубы, на него наступала стая диких псов...
***
Вэй Усяню снилось голодное детство на улицах Илина. Добрая старушка из лапшичной на углу бросила ему мясной баоцзы. Едва веря в удачу, маленький Вэй Ин юркнул со своей добычей в переулок. Однако не успел он съесть хотя бы кусочек, как появились они... бродячие псы. У них всегда был превосходный нюх. Вэй Ин закричал в надежде, что кто-нибудь услышит и спасет. Однажды ему повезло — случайный прохожий отогнал собак, но чаще никому не было дела. В другой раз удалось сбежать, кинув добычу собакам. Однако сейчас псов было слишком много, они окружили со всех сторон, загнали его в угол. В ужасе Вэй Ин прижался к стене, зажмурился и закрыл голову руками...
Вдруг в переулке раздался оглушительный рык. Вэй Ин съежился еще сильнее, но услышал, как псы заскулили. Он приоткрыл глаза. Неподалеку стояла огромная черная собака, совсем не похожая на ободранных дворняг. Ее пушистая шерсть блестела в свете луны. При виде нее бродячие псы поджали хвосты, они скулили, пятились и в конце концов позорно сбежали из переулка.
Вэй Ин не сводил глаз с собаки. Отчего-то она казалась знакомой, но он слишком глубоко погрузился в сон, поэтому не мог вспомнить. Та спокойно опустила голову, медленно повернулась спиной и пошла прочь.
***
Вэй Усянь проснулся и не сразу понял, где находится. Сквозь бумажное окно сочился тусклый предутренний свет. Обычно из них двоих только Лань Чжань вставал в такую рань. Подумав о Лань Чжане, он вспомнил, что тот остался в Облачных Глубинах. А сам Вэй Усянь вчера водил молодежь на ночную охоту. Они закончили поздно и остановились в доме, принадлежащем клану Гусу Лань. Затем мысли вернулись к недавнему сну. Видение было таким ярким, как будто...
Осененный внезапной догадкой, Вэй Усянь вскочил с кровати, кое-как оделся и выглянул из комнаты. Как ожидалось, прямо рядом с дверью стояла курильница для благовоний. Та самая, с которой они когда-то развлекались вместе с Лань Чжанем. Даже захватили ее из Облачных Глубин в этот охотничий дом, а потом наигрались и забросили.
Вчера Вэй Усянь так устал, что стащил грязную одежду, едва переступив порог. Разумеется, она так и валялась грудой возле двери и после ночной охоты пахла отнюдь не цветами. Видимо, кто-то из молодежи оказался слишком брезгливым: не мог терпеть, даже просто проходя по коридору. Вэй Усянь не сомневался, что это был Цзинь Лин — изнеженная «молодая госпожа». Наверняка наткнулся на курильницу и, не подозревая о ее свойствах, зажег благовония возле двери Вэй Усяня.
Из комнаты напротив выглянул Лань Сычжуй.
— Учитель Вэй, вы что, не ложились сегодня?
— Почему сразу «не ложился»? Разве вы с Ханьгуан-цзюнем не твердите мне каждый день, что нужно вставать в час кролика? — проворчал Вэй Усянь. Смеяться в несусветную рань настроения не было. — А-Юань, когда Цзинь Лин проснется, скажи ему зайти ко мне.
— Хорошо, — кивнул Лань Сычжуй, и Вэй Усянь скрылся за дверью.
Едва он затолкал грязную одежду в непроницаемый мешок и пихнул в цянькунь, как без стука вошел Цзинь Лин и буркнул с порога:
— Зачем звал?
— Так-то ты обращаешься к старшему дяде? — поддел Вэй Усянь. Конечно, Цзинь Лин никогда не называл его дядей, но зато оживлялся на поддразнивание. Впрочем, разговор предстоял серьезный, и Вэй Усянь сразу же перестал дурачиться. — Ответь мне на два вопроса. Первый: ты привел с собой Фею?
— Да с чего ты взял?! — возмутился Цзинь Лин, но на его лице появилось слегка виноватое выражение.
— Значит, Фея здесь, — подтвердил для себя Вэй Усянь. — И она заперта в комнате наверху, прямо над моей? Это второй вопрос.
— Но как ты догадался? Фея даже научилась при тебе не издавать ни звука. Пол комнаты устлан циновками, поэтому цокот коготков тоже не слышен. Я собирался прогуляться с ней с самого утра, пока ты спишь...
— Цзинь Лин, — мягко прервал его оправдания Вэй Усянь. — Я вовсе не собирался тебя в чем-то винить. Напротив, хочу попросить отвести меня к Фее.
— Что? — Цзинь Лин ошеломленно уставился на него. — Зачем?
— Мне нужно увидеться с ней. Обещаю, кричать не буду. Так отведешь?
Цзинь Лин задумчиво кивнул и повел Вэй Усяня на второй этаж. По дороге он то и дело кидал любопытные взгляды, однако задавать вопросы не решился.
Подойдя к двери, Цзинь Лин осторожно ее приоткрыл и уже собирался войти первым, но Вэй Усянь его отстранил.
Фея лежала на подстилке посреди комнаты. Завидев гостей, она приподняла голову и слабо шевельнула хвостом. Ее темные глаза внимательно изучали Вэй Усяня. От этого пристального взгляда захотелось с воплем броситься наутек, но он обещал Цзинь Лину не кричать, к тому же пришел не просто так.
Собака замерла, будто сама боялась его спугнуть, и Вэй Усянь решился подойти ближе.
— Госпожа Фея, благодарю тебя за защиту, — серьезно произнес он и церемонно поклонился.
Фея слегка оскалилась в подобии улыбки. Увидев острые клыки, Вэй Усянь вздрогнул и сжался, но тотчас воспроизвел в памяти образ спасительницы из сна: как бродячие псы трусливо бежали от нее, поджав хвосты. Как она осторожно удалилась, чтобы не пугать ребенка в подворотне. И это помогло, страх понемногу отступил. Возможно, со временем получится привыкнуть и даже подружиться с ней. В конце концов, Фея была особенной, совсем не похожей на других собак.