Work Text:
Одиночество — та ещё сука.
Так думал Тони Старк ранним майским утром, сидя в сверхсовременной лаборатории на базе Мстителей, которую сам создал, с которой сам когда-то сбежал — попытаться построить подобие нормальной жизни с Пеппер — и куда вернулся блудным сыном. Где теперь не чувствовал себя на своём месте. Да и нигде не чувствовал уже какое-то время.
С Пеппер всё окончательно разладилось — и не то чтобы они не пытались, но… Идея пожить вдвоём на природе обратилась катастрофическим провалом. Пеппер стремилась в город, Тони — в лабораторию, и они стали видеться ещё меньше, чем когда считали, что недостаток времени вместе — главная проблема их отношений.
Оказалось, главная проблема их отношений заключалась в том, что Пеппер любила Тони, но он ей не нравился, а Тони очень нравилась Пеппер, но он её не то чтобы страстно любил.
Со страстью у них, по правде говоря, не заладилось с самого начала, но Тони решил, что другие вещи важнее. Такие, как то, что Пеппер плакала от облегчения, когда увидела его живым после плена, изменившего всю их жизнь. Что боролась за него. Что готова была ради него почти на всё, хоть и считала его безумцем. Последнее поначалу было даже лестно, но время шло, и это не менялось и вскоре начало раздражать всё сильнее и сильнее. Тони возмущался, Пеппер обвиняла его в нарциссизме… Возможно, она была не так уж и не права.
Его нарциссизм дал нехилую такую трещину, когда Тони взял в руки тот древний телефон и позвонил Стиву.
Да, после нескольких месяцев изучения всех документов. После того как до дыр зачитал чёртово дело номер семнадцать. После того как его юристы протащили выделение территории базы Мстителей в надгосударственную зону. Но позвонил же. Сказал: «Так нельзя, надо собираться вместе». Предложил, что мог: жизнь на базе, пока его команда находит способ вынудить Совет ООН пересмотреть статус тех, кого объявили вне закона.
— Ты предлагаешь нам осесть на базе как в тюрьме? — холодно уточнил тогда Стив.
Не торопился переходить на дружественный тон, а мог бы. Тони ведь сам позвонил.
— Предлагаю собраться вместе, и это единственное место, где это официально возможно. Сможем тренироваться. И если на Землю нападут…
— То сможем дать отпор, — закончил за него Стив. Помедлил. — А Баки?
— Места хватит, — скрепя сердце ответил Тони.
Стив ещё какое-то время молчал в трубку.
— В Ваканде его избавили от кодов…
— Но?
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Разве ты не должен быть весь из себя капитан бла-бла-бла, планета превыше всего?
— Он мой лучший друг.
— Я думал, что ты мой.
— Мне жаль, Тони.
— Мне тоже. Так ты соберёшь всех?
— Да.
И вот теперь Тони прятался от всех на собственной, мать его, базе! Особенно его выводил из себя внимательный и печальный взгляд длинноволосого киборга, из-за которого Стив с такой лёгкостью разрубил всё, что их связывало.
Все сочувствовали Зимнему. Баки.
Баки — что за имя такое, как у собаки!
Парня звали Джеймс, но все видели в нём Баки, старого друга Кэпа, жертву Гидры, бывшего пленника, который был намерен искупить свои грехи. А так как у многих из них и своих грехов было предостаточно, то все проявляли к Баки чёртову эмпатию. Ко всем этот хмурый кот, при всей своей закрытости, нашёл подход — и, видя, как Зимний общается с теми, кого Тони считал друзьями, ему всё больше хотелось свалить к чертям с базы.
Загвоздка была в том, что он не мог — после появления здесь опальных мстителей территория была оцеплена до выяснения обстоятельств. Все они знали, на что шли. Ну а то, что это забило последний гвоздь в крышку их с Пеппер отношений или что Тони теперь сталкивался с убийцей своих родителей ежедневно, — так это был просто сопутствующий ущерб. Цена того альтруизма, который намного больше шёл Капитану Америке, чем Тони, но делать было уже нечего.
Поступил правильно. Теперь расхлёбывал, сидел в лаборатории один, без вдохновения и утомлял даже Пятницу.
— Мистер Старк, напоминаю вам, что вы уже три недели игнорируете программу отдыха, предписанную вам психотерапевтом.
— Завали.
О да, ещё одно новшество — чёртов психотерапевт. Тони сразу сказал, что он не сопливая блондинка и вести с ней задушевные разговоры не собирается. Психотерапевт сдержанно поинтересовалась, что Тони имеет против блондинок, и он её даже почти зауважал. Ничего ни за, ни против блондинок он не имел и желал получить решение, не просиживая бессмысленно штаны на кожаной кушетке.
— Я изучила ваши разработки и думаю предложить вам смоделировать программу отдыха, — сказала тогда врач. — Что-то кардинально отличающееся от вашей реальности, что-то, где вы можете не быть Железным Человеком и при этом не оставить планету в опасности.
— Я мог бы перепрограммировать время, — тут же нашёл решение Старк, — для мозга минута здесь может быть равна часу там.
— Прекрасное решение. Десять минут позволят вашему мозгу отключиться на целый день. И пусть это будет уединённое место, мистер Старк. Часто мы сами можем найти ответы на свои вопросы, просто нужно посвятить этому время.
В тот момент она Тони почти нравилась. До тех пор, пока он не испробовал чёртову программу, которую Пятница спроектировала по обозначенным параметрам.
Пять минут превратились в пять часов ада в каком-то задрипанном домишке в каком-то задрипанном лесу! Ни озера, ни супермаркета, ни лаборатории, жрать нечего, сплошные сосны, чёртова тишина и невозможность связаться с Пятницей — одно из условий программы. Тони там чуть с ума не сошёл: пять раз попытался начать читать «Одиссею Капитана Блада» и пять раз бросил, и, когда время наконец истекло, зарёкся возвращаться в эту скучную глухомань.
Вот только Пятница никак не могла выключить режим наседки.
— Вы игнорируете рекомендации врача, ваш пульс постоянно учащён, дыхание поверхностное…
— Напомни мне удалить у тебя программу мониторинга биопоказателей.
— Мы оба знаем, что это было бы неразумно, мистер Старк, ваши эксперименты довольно опасны и…
— Я пошутил, Пятница! Вот Джарвис понимал даже сарказм.
— Вы просто боитесь оставаться наедине с собой.
— Что ты сказала? — Тони так охренел, что чуть не упал с крутящегося барного стула, на котором предпочитал работать.
— Вы слышали.
— Звучит как обидка, ты что, обиделась?
— Вы озвучили наблюдение обо мне, я сочла возможным поделиться наблюдением о вас.
— О, какие мы нежные, увеличь-ка напряжение на этом узле.
— Да, мистер Старк.
Пятница и правда обиделась — перешла на дежурно-официальный тон, будто она не уникальный искин, а обычная разработка Google для большинства. И Тони твёрдо решил не обращать на это внимания, но… Где-то внутри свербило.
— Я не боюсь оставаться один.
— Вы были в программе отдыха пять минут и сказали, что это был худший опыт в вашей жизни!
— Да я и так один по жизни, Пятница, думаешь, я такой слабак, не выдержу один день в этой чёртовой программе?
— Мой анализ говорит, что вы там, по вашему собственному выражению, «свихнётесь там от скуки». Значит ли это, что вам скучно самому с собой?
— Это значит, что ты сделала самую дерьмовую программу на свете.
— Есть люди, которым она нравится.
— И кто же?
— Я не могу ответить.
— Пятница, прекращай дуться, у меня высший уровень доступа.
— Не к информации о личных делах жителей базы, если они не угрожают безопасности.
— Я бы сказал, что тот, кому нравится твоя программа, точно угрожает безопасности, потому что он психопат.
— Мистер Старк, вы правы.
— То-то же.
— Я думаю, вы не выдержите один день в моей программе.
— А мне плевать, что ты думаешь.
— …
— Давай сюда чёртов шлем и запускай!
Тони в сердцах отбросил наноотвёртку и уселся в специальное кресло для программ погружения.
— Мистер Старк, я хотела бы напомнить вам, что один день в программе…
— Врубай, пока я не передумал, один день — и погнали.
— Хорошо, мистер Старк, — со странной мстительностью в голосе отозвалась Пятница. Устройство погружения тихо застрекотало, тело наполнило привычное уже ощущение падения.
— Программа отдыха с восьми утра семнадцатого мая до восьми вечера семнадцатого мая запущена, — было последним, что он услышал, и, уже осознавая свою ошибку, хотел было возразить, но сознание уплыло, и уже через секунду он стоял на лужайке и смотрел на ненавистный деревянный дом.
Двенадцать часов. Чёртова Пятница запихала его сюда на двенадцать часов в реальном времени. Семьсот двадцать минут превратятся в семьсот двадцать часов, которые, в свою очередь… Месяц.
Он застрял тут на месяц.
Один.
Без средств связи и возможности связаться со своим искином.
Просто прекрасно. Великолепно. Просто, мать его…
Мысли Тони резко осеклись, потому что из трубы поднимался подозрительный дымок.
🍄🍄🍄
Ярко вспыхнула радость — он тут не один!
И тут же погасла, как отработанная лампочка. Погасла от мысли о том, кто бы это мог быть и каковы шансы, что он захочет провести с этим человеком целый месяц в доме, состоящем из гостиной, небольшой спальни и кухни.
Что если это Стив, с которым отношения так и не перестали быть натянутыми? Ванда, которую он засадил в тюрьму и которая до сих пор не начала ему доверять? Вижн, блудный сын, который в решающий момент выбрал не его? Крёстный отец чёртовой Пятницы.
Одиночество никогда ещё не было таким едким, как в этот момент.
Кольнула неожиданная мысль о том, что и те, кто были формально на его стороне, не вызывали восторга. Наташа осталась с Тони, но всё равно выбрала в решающий момент помочь Стиву. Хотел бы он, чтобы в доме оказалась вдова? Нет. Он вообще не хотел никого видеть. Даже Пеппер. Особенно Пеппер — с ней они уже пробовали вот так делить дом в глуши, повторения не хотелось. Роуди? Он любил Роуди, но месяц в разговорах о бейсболе? Увольте. Сэм был милым парнем, но слишком уж улыбчивым… Тони стало страшно от самого себя.
Он уже почти мечтал, чтобы в доме не оказалось никого или оказался кто-то незнакомый. Вот до чего он докатился — на базе, полной соратников, не готов был остаться ни с кем из них один на один.
Одиночество — та ещё сука.
Но это не отменяло того, что в доме была всего одна ванная с простым душем, без любимых Тони режимов. Делить с кем-то ванную… Слава богу, не туалет — в иллюзорной реальности эти потребности тела были отключены, а вот есть хотелось, как и в жизни: когда-то Тони рассудил, что и в проекции должны быть свои удовольствия. Идиот. Где он возьмёт тут еду на месяц? Страдать от голода и не иметь возможности позвать на помощь из-за того, что страдания нереальны, ему совсем не улыбалось.
Чёртова Пятница.
Дверь домика распахнулась, и на крыльцо вышел неожиданно довольный Барнс в домашних штанах и футболке. Так и не скажешь, что киборг-убийца. Потянулся, улыбнулся хорошей погоде, увидел Тони и довольным быть перестал.
Сам Тони стоял ни жив ни мёртв. Этот самый ужасный вариант он даже не рассматривал. Его мозг отвергал саму возможность, но вот они здесь — смотрят друг на друга с выражением священного ужаса на лицах.
Ну хоть что-то общее, подумал Старк.
🍄🍄🍄
Барнс не двигался и ничего не говорил, только смазливая мордашка приняла уже привычное выражение хмурой обречённости. Мелькнула мысль о том, что тучи закрыли солнце, но Тони отогнал её от себя — тьфу, какая пошлость.
Он не будет сочувствовать Барнсу. Не будет.
Пусть и выучил чёртово дело номер семнадцать почти наизусть.
Господи, да Барнс ещё совсем мальчишка — сейчас это было особенно заметно. И смотрит так, будто Старк сейчас закончит начатое там, на Сибирской базе.
А ведь он без костюма.
Тони поёжился от осознания, насколько их силы сейчас неравны.
«И кто ты без своего костюма?» — прозвучал в голове голос Роджерса. Тони надеялся, что на вопрос не придётся отвечать так буквально, и на тебе. А без костюма он сорокапятилетний мужик ростом ниже среднего с проблемами с сердцем. Вряд ли он сможет что-то противопоставить этому юному терминатору со взглядом провинившегося щенка.
Стоит, не двигается, отморозок. И по новой руке непонятно ничего. Старая щёлкала пластинами, как гремучая змея, эта же из Ваканды больше похожа на чёрную мамбу.
— Привет, Барнс. Какого хрена ты тут делаешь?
Зимний в ответ насупился ещё больше, развернулся и ушёл в дом.
Отличное начало, Тони, просто супер.
Идти за ним не хотелось, но больше было некуда деться. Старк вздохнул и пошёл.
Внутри было неожиданно уютно. На диване был брошен плед, на столе лежала недочитанная «Одиссея капитана Блада», в камине горел огонь, с кухни пахло жареным мясом. Дом был похож на дом.
Из спальни быстрым шагом вышел одетый и застёгнутый на все пуговицы Барнс.
— Извини, — буркнул он и направился к выходу.
У стола с книгой чуть затормозил, бросил на неё короткий жадный взгляд и собрался было пройти мимо.
— Можешь взять с собой, я всё равно читать не буду.
Вот. Тони тоже мог быть добродушным.
Барнс помялся посреди комнаты.
— Да нет, спасибо, — печально протянул он и глянул на Тони исподлобья. — Ну точно бернский зенненхунд, у Тони в детстве был такой. Огромный, может руку перекусить, но как посмотрит… — Там дождь собирается, не хочу испортить.
Точно. В этой программе незабываемого отдыха Пятница предусмотрела даже плохую погоду, чтобы жизнь мёдом не казалась. Всё же нужно проверить, не хакнули ли систему его враги. Ванко мог бы, даром что умер…
Он не поведётся на эти жалобные взгляды. Не поведётся.
— Ладно.
Вот так, Тони, правильно, как можно безразличнее.
Барнс не удивился, как будто и не ждал другого. Манипулятор чёртов, пошёл к выходу. Только молчи, Тони, только не…
— Так и будешь весь месяц на улице жить?
— Почему месяц? — не останавливаясь, ответил Барнс. — Я тут на три часа. То есть на неделю.
И ушёл.
Тони ругал себя на чём свет стоит — взрослый человек, учёный, а так перенервничал, что не подумал, что Барнс-то не застрял тут на столько же, — а это значило, что он же и станет его спасением! Через неделю Пятница свяжется с ним, а он уже скажет ей, чтобы вытащила и Тони, а то он деактивирует её к чертям собачьим. От хмурого Барнса это точно прозвучит убедительнее, чем все пустые угрозы Тони.
Он торопливо выскочил на крыльцо, но незаконного вторженца уже и след простыл.
Отлично, Тони, просто отлично.
Ну ничего, — подумал он, — промокнет, замёрзнет и придёт, там и договоримся.
🍄🍄🍄
Дождь шёл пятый час. Чёртов Барнс так и не появился.
Тони уже обошёл дом по кругу раз пятьдесят и раз сто вышел на террасу. Ничего. Даже покричал немного — позорно, но кто расскажет? Поел запечённое мясо с пастой и привкусом стыда. В конце концов, Барнс себе любимому готовил, а тут он. Но это же его программа? Нечего по чужим программам ходить и там наготавливать всякое. Сам ушёл, Тони его даже не выгонял.
Он в очередной раз высунулся на террасу. Никого.
Он не будет переживать за Барнса. Не будет.
Парня замораживали и размораживали, как бройлера, столько раз, что небольшой дождь ему точно не повредит.
За окном полило сильнее.
Чёртов Барнс.
Кончилось тем, что Тони пошёл его искать. И потерялся.
— Барнс! Да чтоб тебя, отзовись!
Он заблудился в чёртовом лесу. Дождь хлестал его со всех сторон, за ёлками были ещё ёлки, и потом тоже — в любую сторону ёлки! И сосны. О чём он только думал! Ещё и фонарь замигал, сообщая о падении заряда. Тони привалился к стволу ближайшей сосны и огляделся. Лес. Интересно, в программе отдыха можно схватить воспаление лёгких?
Издалека послышался напряжённый голос Барнса.
— Тони! — кричал тот. — Тони!
— Я здесь! — с позорной радостью отозвался он. — Сюда!
Нашлись.
Терминатор был недоволен, но Тони в дом, оказавшийся до обидного близко, чуть ли не на себе втащил, хоть он и пытался донести до него, что вполне может идти сам, а не вот это вот всё.
С обоих лило, но Барнс быстро метнулся в ванную и притащил Тони полотенце. Ну отлично, теперь лило только с одного. Мокрый Барнс смотрел на Тони с явным осуждением, оторвать бы ему и вторую руку, да нечем.
— Ты как меня нашёл?
— У меня суперслух.
И опять молчит, да что же с ним делать! И как только они с Кэпом подружились — вот уж кто за словом в карман никогда не лез.
— А что же раньше не вышел, когда я тебя звал? Я промок весь к чертям!
— Не хотел, — хмуро выдал наглый Барнс. — Я в дровянике сидел, дождь пережидал. Думал, ты меня в дом зовёшь типа из жалости. Не сразу понял, что ты зачем-то пошёл в лес.
Идиот в квадрате! Нет, в кубе. Тони хотелось провалиться на месте.
— Закрыли тему. Поговорить надо.
Они сидели у камина, как чёртова парочка. Зимний переодеваться в домашнее не стал, а когда Тони возмутился, что он промочит диван, бесяче пожал плечами и уселся на полу. Гордый, значит. Тони фыркнул и сделал то же. Так и сидели теперь у огня, только бутылки вина и сыра не хватало.
Зачем Тони это озвучил, он не знал. Психованный мозг уцепился за возможность разрядить обстановку, и… случилось.
Зимний странно посмотрел на него.
— В погребе есть вино, — с нечитаемым выражением лица сказал он.
Ещё и шутки шутит. Отморозок.
— Завали.
Он завалил. Опять сидели в тишине. В камине потрескивали горящие брёвна. Зимний встал, подкинул ещё. Сел.
А ведь если подумать, одиночество — не такая уж сука.
— Ладно, Зимний, слушай…
— Не называй меня так!
О, кто-то тут показывает зубки! Молочные.
— Ну Баки я тебя уж точно называть не буду, уволь.
— Меня зовут Джеймс.
— О, и ты это вспомнил?
Барнс вздрогнул и отвернулся. Горечь стыда снова осела на языке, ну вот надо же было… Он не будет сочувствовать Зимнему!
— Я серьёзно спросил, — ну если только немного исправит ситуацию, и всё. — Сколько ты уже вспомнил и насколько…
— Ты в безопасности, — торопливо ответил Зимний. — Вот.
Хитрым движением правой руки он отстегнул левую. Аккуратно придвинул неподвижную конечность к Тони и снова посмотрел быстро и виновато.
— Коды удалось снять, да и тут нет больше никого.
Отлично. Отморозок решил, что…
— Я не боюсь твоей грёбаной руки! — Тони прикладывал все усилия, чтобы не вскочить от ярости. — Я застрял тут с тобой, и ты мой единственный способ выбраться, вот и всё, хотел убедиться, что ты в здравом уме.
Чего он на самом деле хотел, Тони не знал, но чувствовал, что неумолимо лезет в бутылку и понятия не имел, как сдать назад.
— В этом я не уверен, — глядя в камин, сказал Зимний. Пламя освещало его лицо, и у Тони мелькнула непрошенная мысль о том, что киборг красивый.
Он всегда был неравнодушен к оружию. Слабость? Кто знает, но ещё до того, как «Старк Индастриз» оказалась скомпрометирована, Тони обожал разрабатывать смертоносные вещи. Винтовки, стреляющие с беспрецедентной точностью, обтекаемые аэродинамичные истребители, лазерные установки, способные уничтожить целый город… В обладании подобной силой было что-то возбуждающее, а упаковывать смертоносность в красивую оболочку… Барнс был красивой оболочкой, но Тони уже много лет как перестал дрочить на оружие.
Боже, он подумал о Зимнем и дрочке в одном предложении. Хуже уже не будет. Взгляд упал на упрямо сжатые губы, и Тони отвёл глаза. Чёртов Барнс, чёртов камин, чёртовы идиотские мысли.
— Стив сказал, чтобы я никогда, никогда, никогда не поднимал эту тему, — вдруг сказал Зимний, и Тони внутренне напрягся.
— Думаю, его стоит послушать, — попытался он, но…
— Говард был моим другом, — упёрто продолжил Зимний. — Наверное, это мало что меняет… Но хотел, чтобы ты знал.
Бомба была сброшена. Прямо посреди дома, из которого ему некуда было деться, у камина, когда они оба были мокрые, как мыши. Тони ждал, пока его захлестнёт привычная волна ярости, но она не приходила. Видимо, абсурдность обстановки не располагала.
— Не поднимай больше эту тему, — резко сказал он, больше отыгрывая, чем чувствуя что-то на самом деле. Зимний не смотрел на него. — Слушай, я тебя больше не виню, — признал Тони. — Скажу, раз уж мы застряли тут на неделю вместе. Я не могу, да и не смогу забыть, что это был ты, но… И моё оружие крали, чтобы использовать в незаконных целях. Я знаю, что нет смысла винить винтовку в том, кто из неё стрелял. Но есть вещи, не поддающиеся рациональному.
— Психолог говорит, что я не оружие, — всё ещё не глядя на него, сказал Зимний.
— Мне она сказала, что подобная программа поможет мне успокоиться. Я выгляжу спокойным?
И тут Барнс сделал что-то, чего Тони от него никак не ожидал. Он фыркнул. Смешно так, как недовольный кот, и тут же снова спрятался за выученным хмурым выражением лица.
— Иди поешь, — сказал Тони, вставая, — только переоденься в сухое, хватит уже заливать пол. Потом решим, что будем делать.
С чувством, что он повёл себя как настоящий взрослый, он прошёл в спальню, чтобы переодеться самому. Проходя мимо Зимнего, едва подавил в себе желание потрепать этого щенка по волосам. Какая несусветная глупость. Одна неделя. Как-нибудь он переживёт. Наверное.
В шкафу ждали вещи его размера, а ещё аккуратно сложенная пижама Зимнего… Джеймса. Вряд ли Зимний носил подобные штаны в клетку и футболку с надписью «Это подарил мне кто-то, кто меня любит». И кто же ему такую подарил в программе? Пятница?
Тони взял вещи и вышел с ними в гостиную.
— Я не шутил, Зи… Барнс, давай, переодевайся.
Скромняга скрылся в ванной. Они толкались в чёртовом доме, как два неуклюжих медведя, и с этим надо было что-то делать. А потом Зимний одной рукой за пять минут сожрал всю оставшуюся еду, и Тони снова его возненавидел.
— Я пойду, наверное, — снова вознамерился куда-то идти чёртов Барнс. — Через неделю увидимся.
— Отлично, а есть я что эту неделю буду? Ты всё смолол. Нет уж, теперь ты мне должен.
— Ладно, завтра принесу ещё мяса.
— Барнс, не беси.
— Тут одна кровать.
— Поспишь на диване.
— Это странно.
— Согласен, но ты не будешь делать из себя жертву и сидеть в дровянике, как в чёртовой конуре. Ты не собака по кличке Баки, а я уже стар для ролевых игр. Мы два взрослых мужика, как-нибудь разберёмся.
Судя по лицу Барнса, в последнем он сомневался. И что? Тони тоже в это ни хрена не верил, но делал же вид? Мог бы и подыграть. Сопляк.
🍄🍄🍄
Два дня прошли на удивление тихо. Барнс не отсвечивал, готовил еду и прятался от Тони по всему дому.
Скрывался он тоже, как несмышлёный щенок — голову спрятал, а длинные ноги торчат из-под занавески. На подоконнике устроился почитать, видите ли. «Одиссея Капитана Блада» уже явно подходила к концу.
— Что будешь делать, когда книга кончится?
Разговаривать с Барнсом не то чтобы хотелось, но два дня молчанки любого доведут. Это всяким терминаторам нормально, а Тони привык молоть языком в своё удовольствие.
Он уже начал скучать по чёртовой Пятнице: хоть она и не была Джарвисом, он к ней нехило так прикипел. Нужно будет потом извиниться. Ну, после того как он всыплет ей по самое небалуй за это незабываемое приключение.
— Начну сначала, — отозвался Барнс из-за шторы. — Я её уже пятый раз читаю.
Ну точно психопат.
А посреди ночи Барнс начал кричать. Так орал, что разбудил Тони и, пока тот спросонья бежал в гостиную, успел рухнуть с дивана и разбить свою многострадальную голову об угол журнального стола.
— Какого хрена ты падаешь?! — разбуженный Тони отличался ещё меньшей терпимостью, чем обычный. — Ты же киборг с рефлексами на максимум! — И осёкся, увидев на том самом столе отстёгнутую руку.
Оказалось, что в доме нет ничего нужного, вроде интернета или там миниатюрного адронного коллайдера, но есть аптечка, которой Тони не умел пользоваться. В итоге Барнс заклеивал себе бровь сам, а Старк лишь мялся рядом в небольшой ванной и придирался.
— И часто у тебя такое?
— Иногда.
— Да что ты там возишься?
— Одной рукой неудобно.
— Дай сюда.
Спросонья Барнс был миленький. После кошмара его ещё потряхивало, он часто моргал и щурился, как ребёнок.
— А руку нахрена отстегнул?
Зимний пожал плечами. И вот как с ним разговаривать?
— Ложись в кровать, — решил Старк, которому не улыбалось повторять подобное. — А то ещё убьёшься тут ненароком, как я это Кэпу объясню?
Барнс смотрел на него во все глаза. Большие такие светлые, незамутнённые глаза.
— Не смотри так, хочешь подставить меня перед Стивом, так и скажи. Понравилось, как он за тебя заступается? Сохнешь по нему, что ли?
Что он нёс? Стресс, это всё стресс, ну ладно, не самая плохая шутка в его арсенале, тупая, ну ничего. Барнс не смеялся. Сглотнул странно только и всё пялился.
— Угадал? — осипшим отчего-то голосом спросил Тони. Выразительное молчание и паника в серых глазах были лучше любого ответа. — И давно это у тебя?
— Не помню, — с невыносимой печалью выдал Барнс. — Я лучше на диване. Или ещё где, или…
Он резко подался назад, чуть не снёс собой занавеску в душе и стал пятиться, точно как перепуганный щенок. Только этого Старку сейчас не хватало.
— Стой! Да стой ты! — Он дёрнулся вперёд и схватил Барнса… Джеймса за предплечье. — Давай-ка дыши, смотри на меня, да? Давай вместе: вдох-выдох, давай, давай, Зи… Джеймс! Джей! Чёрт тебя побери, постарайся!
Пульс под его пальцами шарашил, как сумасшедший. Так вот как это выглядело со стороны… Тони вдруг стало жаль Пеппер, которой приходилось терпеть такое с ним — и правда, вот что делать в такой ситуации? У него-то был опыт…
— Давай, Джей, просто дышим, да? Слышишь меня, кивни. Вот, молодец, теперь опиши, что видишь. Давай, это просто: меня видишь?
— Тебя вижу, — пробормотал Барнс, — зеркало, и тут слишком светло, как в медицинском кабинете.
— Ага, не пойдёт, — Тони вдруг преисполнился вселенского спокойствия. Уж и не помнил, когда с ним такое было — наверное, сыграло роль то, что в этот момент у него была одна цель, и он знал, что делать. Весь остальной постоянно раздражающий мир, все другие заботы поблекли и отступили. — Давай-ка выйдем, иди за мной. — Он медленно вывел уже более размеренно дышащего Барнса в гостиную. — Тут лучше?
Тот кивнул.
— Вот и ладненько, уже отпускает, да?
Ещё один кивок.
— Сейчас чаю сделаем и… — тут надо было сказать про спальню, но Тони не хотел повторения истерики. — И решим вместе, да?
Кивок.
Пойдёт.
🍄🍄🍄
Барнс аккуратно отпивал чай, дул на горячее и закусывал вареньем, которое сам же и нашёл, и открыл. И чай тоже заварил сам. Тони смотрел на свою чашку, игнорировал варенье и ругал себя на чём свет стоит.
Оказался в одном доме с нестабильным Барнсом и начал дёргать его за усы. Ляпнул херню — и теперь вот. Ещё и раньше, про свидание. И потом про кровать. Подумает ещё, что Тони к нему клеится. Ужас. Ужасный ужас.
Варенье было его любимым, черничным — Пятница постаралась, но он даже смотреть на него не мог.
— Я, наверное, гей, — сказал Барнс.
— Я нет, — выпалил Тони. — Я зря всё это… — он пространно махнул рукой, обозначая сразу все свои faux pas. — И про кровать… Она огромная. Реально, ещё бы и Кэп влез… Да блин, ну не конкретно он — любой другой огромный мужик.
— Но не Халк, — задумчиво ответил Барнс.
Тони сначала не понял. Потом понял. И, представив себе эту картину, рассмеялся. Над шуткой Зимнего.
Пиздец.
🍄🍄🍄
Перед спальней Барнс, так и не пристегнувший руку, ещё долго мялся, пока Старк не прикрикнул на него, а когда улёгся, то легче не стало.
Оказалось, Тони очень давно не спал с кем-то в одной кровати. С любовницами он это вообще не практиковал, а потом много лет была Пеппер… От которой он часто, дождавшись, пока она заснёт, сбегал в лабораторию. И Пеппер была лёгкой, как пушинка, пахла духами и не издавала лишних звуков. Барнс же занимал до фига места даже на огромной кровати, пах чем-то свежим и немного сладким и громко сопел, устраиваясь. Ощущения были как в летнем лагере. Тони ненавидел летний лагерь.
— Мне жаль, — в темноте сказал Барнс, — я вообще не должен быть здесь.
— Да где? В спальне? В доме? Если так неймётся, завтра переселим тебя в дровяник, только дай поспать уже.
— На базе.
А вот это уже было интересно.
— Так что же ты приехал?
— Стив позвал, сказал, если не поеду, вообще непонятно, когда увидимся…
— И ты, значит, сразу побежал, да? Что, в Ваканде не было симпатичных чёрных мужиков? Говорят, у них… Много что говорят, в общем.
Проще было откусить себе язык, чем озвучить некоторые мысли. Хорошо, Зимний не понял. Невинный терминатор.
— Там было хорошо, спокойно. Козы вокруг, тишина. Стиву такое не очень интересно.
— И поэтому ты добровольно закрыл себя на базе, где из лужайки только вертолётная площадка, да?
Баки не ответил. Через какое-то время его дыхание выровнялось, и он засопел уже по-другому. Странным образом это не бесило, наоборот, Тони было спокойнее от того, что вот он, киборг-убийца, сопит рядом, ни себе, ни окружающим не угрожает. Красота.
О том, что будет, если этот ПТСРщик проснётся ночью и решит его убить, он старался не думать. Зато успел подумать тупейшую мысль — а что он будет делать, если Барнс ночью полезет обниматься? А если примет его за кого-нибудь, кто Кэп? А если будет тыкать своим наверняка огромным агрегатом Тони в задницу? Тут впору было перепугаться и свалить на диван, но Тони позорно уснул, не успев предупредить катастрофы.
🍄🍄🍄
Проснулся он, лёжа на чём-то мягком.
Рептилоидный мозг уже готов был командовать телу бежать, но гениальный мозг успел экстренно включиться и предостеречь Тони от преждевременных действий. Нужно было сначала разведать ситуацию, потом проанализировать и только потом… Тони приоткрыл один глаз. Перед лицом были до ужаса ухоженные волосы Барнса. Ну что сказать, парень сильно прибавил с тех пор, как Старк оторвал ему руку. Чёрт, да что за мысли с утра. Тони чуть поёрзал, будто во сне, и с некоторым злорадством осознал, что неплохо так устроился на Джеймсе. И сам упирался в его крепкую задницу утренним стояком.
Выкуси, Зимний.
Нужно было, конечно, что-то сделать, но ничего не подозревающий Джеймс всё ещё уютно сопел, а Тони было до неприличия хорошо и тепло. Стояк — это неловко, конечно, но… Он снова позорно заснул.
Второй раз — а может, и первый, кто сказал, что эта чушь ему не приснилась, — Тони проснулся один. Из гостиной не доносилось ни звука, и он, сам не зная почему, вскочил с кровати и рванул туда.
— Куда? — строго спросил он одетую в какую-то зелёную хламиду спину Барнса.
Джеймс замер в дверях с огромным ножом в руках. Тони нервно сглотнул — и рука была на месте.
— Так дождь же был три дня назад.
И что?
— И что?
— Грибы пошли уже, наверное, — как само собой разумеющееся сказал Джеймс. — Вот хотел пойти собрать на обед.
— Грибы?
— Ну да, часа через три вернусь.
— Ладно.
За Барнсом хлопнула дверь. С кухни пахло яичницей — яйца были единственным продуктом, который появлялся в холодильнике по расписанию каждое утро. Три часа. Один. Без Зимнего. Кайф.
Через три минуты Тони, натянув джинсы и толстовку, уже выходил из дома с криком «Барнс, погоди!».
Ну мало ли, вдруг потеряется? Нет уж, упускать его из виду было никак нельзя, а то вдруг придётся месяц тут куковать. И вовсе Тони не боялся быть один.
🍄🍄🍄
Оказалось, есть занятия поскучнее сидения в доме без интернета и с одной неинтересной книгой.
Например, поход за чёртовыми грибами.
Тони был мрачнее тучи — он уже устал, понятия не имел, куда они забрели, ему чудились невидимые комары и мошки, и он чувствовал себя каким-то… не миллиардером. Тащился не пойми куда за довольным Джеймсом — а тот был очень доволен. Почти как в тот день, на крыльце. Ну, до того, как увидел Тони.
Он шёл быстрым, пружинистым шагом, нёс полупустую корзинку и вроде бы даже что-то напевал себе под нос. Какое-то ретро.
— О, грузди! Можно засолить! — и в очередной раз нырнул куда-то вниз, к плоским, не очень-то аппетитным грибам, достал свой ножище и принялся аккуратно срезать один за другим.
Тони уныло огляделся. Он не хотел ничего солить. Не хотел больше ходить по лесу — но понятия не имел, как добраться до дома, и не хотел в этом признаваться.
— Нам тут осталось два дня только, — ворчливее, чем хотел, сказал он.
— Ничего, малосольные будут, вот попробуешь — сам скажешь, что вкусно.
Казалось, в этот момент Джеймса от груздей можно было оторвать, только бросив в него Мьёльниром, и то не факт. И тут уже потерявший надежду Старк увидел его.
Идеальный. Большой. Красивый. Алый гриб.
Стараясь не улыбаться, как Джей — ну он же не психопат, чтобы так радоваться грибам, — он подошёл и как мог аккуратно сорвал своего красавца.
Гриб был похож на гоночный болид. Яркий, идеально полукруглый, с россыпью белых пушистых точек на красной шляпке. Уникальный гриб — Тони посмотрел, вокруг таких больше не было. Не то что бесконечные одинаковые грузди. Он присел рядом с увлечённым Джеем и незаметно так попытался подсунуть ему под нос свою добычу. Так, просто чтобы понял, кто тут эстет, а кто так… обычный груздевик.
— Так, ладно, ты прав, много не нужно, — со вздохом сказал Барнс, оторвавшись от грибов. — Пойдём поищем что-нибудь съедобное.
Тони взглядом указал на свою прекрасную добычу.
— О, какой классный мухомор, — расплылся в улыбке Джеймс, — на твой костюм немного похож.
Точно! А Тони и не заметил.
— Только ядовитый, — беспечно добавил он, — выкинь.
В смысле, выкинь? Такой шикарный гриб? Похожий на его костюм?
— О, боровики, вон там, видишь? — Барнс рванул через кусты.
Ну точно щенок! Тони, проклиная всё, полез следом, не выпуская из рук драгоценный мухомор.
— Вот они! — радовался Джей, орудуя своим монстроножом. — А это всё из-за твоего мухомора, Тони! Они часто рядом растут, если бы ты его не нашёл, я бы эти боровички и не заметил.
В корзинке заметно прибавилось, а потом Джей восхищённо ахнул, потянулся куда-то в тень ножом и вскочил, гордо демонстрируя Тони огромный гриб с коричневой шляпкой на толстой белой ножке.
— Смотри! Вот это классный гриб! Самый вкусный, идеальный!
И поцеловал гриб в верхушку.
У Тони слов не было.
— Не, ну классно, конечно, нашёл себе идеальный гриб, так мухомор можно выкинуть! Ядовитый, нафиг нужен! — выпалил он. — Правильно, нам же нужны только правильные грибы, а на другие мы и не смотрим даже. Вон в корзинке сколько других вариантов. Чуть что не устраивает — выкини да и дело с концом, — он не сразу осознал, что потрясает мухомором, но останавливаться было уже поздно.
— Я просто хотел сказать, что их не едят, — очень бесяче и успокаивающе сказал Барнс.
Тони был абсолютно спокоен, и ему было, может, даже и плевать, что его гриб не оценил какой-то киборг. Вот абсолютно всё равно, о чём он и сообщил Джеймсу.
🍄🍄🍄
Домой шли в тишине. Тони гордо нёс мухомор.
В сторону Барнса он не смотрел, а тот всё поглядывал исподтишка, чем бесил ещё больше.
— Я слышал, из мухоморов можно сделать галлюциногенный напиток, — примирительно сказал Джей, когда из-за вездесущих сосен и ёлок показался их убогий домишко. — Но я не знаю, как.
— А и зачем разбираться, да?
Приятно было оставить за собой последнее слово.
Не зная, что делать с мухомором, Тони поставил его на кухне в стакан с водой и водрузил в центр стола. Потому что его дом и его мухомор!
Джей чистил грибы и не раздражался, чем выводил Тони из себя.
Зато ризотто у него вышло зачётное. Хоть и из дурацких боровиков.
🍄🍄🍄
На следующее утро Тони проснулся от того, что ему нежно поглаживают волосы.
Не сильно, еле заметно, но это точно происходило. Джей не сопел и будто бы вообще не дышал, только легко касался и снова убирал руку.
Было приятно.
Тупо, конечно, что какой-то терминатор с проблемами в башке трогал его за волосы, и ему понравилось, но… Тони был ужасно тактильным, а Джей не делал ничего такого и никуда ему ничем не тыкал. Это не делало ситуацию менее стрёмной, но… Он просто мог ещё немного притвориться, что спит. Можно было представить, что это просто ветер. Или что Джей влюблён в него, а не в Кэпа.
Стоп, а это тут при чём?
Тони так вздрогнул, что Барнс тут же убрал руку и для верности отодвинулся.
— Извини, — выдал себя он.
Вот дурак. Мог бы притвориться, что ничего не делал — ну вот и какой из него шпион.
— Что это ты делал? — Тони сел на постели с недовольным видом.
И не обязательно Джею знать, что он недоволен тем, что всё так быстро прекратилось.
— Я не знаю, извини, это не повторится, — буркнул Джей и встал к Тони как-то подозрительно спиной.
— Я не для этого тебя в кровать пустил. Я не гей.
— Я знаю.
— А что тогда? Попрактиковаться захотел для Кэпа?
О. Достал. Джей резко обернулся, сверкнул гневными глазами, взял с пола свой протез, демонстративно пристегнул его и ушёл готовить завтрак. Не самое дерьмовое утро, в принципе. Тони с довольным стоном откинулся на подушки.
Малосольные грузди оказались весьма ничего.
🍄🍄🍄
Утром последнего дня их добровольного заточения Тони проснулся первым. Джей ещё спал, умильно положив руку под щёку. До жути захотелось сделать для него что-нибудь хорошее. Яичницу, например — как-то же киборг справлялся каждое утро, вряд ли это было очень трудно. Он двинулся, чтобы встать, но тут спящий Барнс дёрнулся, схватил его в однорукую охапку, прижал к себе, для верности навалился сверху и продолжил мирно посапывать.
Вот ровно в этом месте гетеросексуальность Тони должна была уже окончательно возмутиться, но она молчала. Он смотрел на пухлые губы и ямочку на подбородке и ловил себя на мысли, что… Он не хотел признавать, что.
То, в общем.
Он не будет думать о том, чтобы поцеловать Барнса. Не будет.
И целовать Барнса точно не будет.
Сто процентов нет.
Должно быть, он слишком уж напрягся, потому что Джей вздрогнул и открыл глаза. А потом приоткрыл свой грешный рот в удивлённом «о». Тони бы, наверное, не пережил, если бы он снова начал извиняться.
Поэтому он его поцеловал.
Удивлённое «о» не пропало, Джей не сгрёб его в объятия, у самого Тони на лбу не загорелась радужная надпись «теперь гей». Вообще ничего не произошло.
Тони встал и, как ни в чём не бывало, стал одеваться.
Барнс закрыл наконец свой чёртов рот.
Тони спалил к чертям яичницу вместе с единственной сковородкой, из-за чего Джей очень смешно и не по-киборгски ругался.
Не самый плохой день. Даже жалко было, что через несколько часов всё закончится.
Не сильно жалко, конечно. Не настолько, чтобы хотеть остаться тут на чёртов месяц.
🍄🍄🍄
В назначенное время они сидели на диване.
Барнс поглядывал на Тони уже привычным взглядом исподлобья, как будто хотел что-то спросить, но не решался. И не надо — тут уж Тони точно не собирался ему помогать. Часы показали заветные одиннадцать утра. Ничего не происходило. Барнс не исчез.
— Ну что? — нетерпеливо спросил Тони. — Пятница вышла на связь?
Барнс помотал головой. Они подождали ещё. В одиннадцать двадцать Тони пришлось принять, что что-то пошло сильно не так.
— Может, это потому, что ты не основной пользователь? — нервно вопрошал он в воздух, меряя шагами комнату, — и когда вошёл я, то настройки сбились для всех? Какой-то странный глюк! Да чёрт подери, я не готов тут торчать ещё три недели!
Барнс всей своей массивной тушей пытался вжаться в диван и сделать вид, что его тут нет. Ну щенок, что с него взять.
Когда Тони чуть успокоился, пошли на рыбалку. Барнс успел обнаружить вдалеке реку, а в доме — спиннинг.
Оказалось, рыбалку Тони тоже ненавидит.
🍄🍄🍄
Утро первого дня нового срока началось с лица Джея. Тони открыл глаза и увидел его, уже привычное, совсем рядом. Барнс рассматривал его и в этот раз никуда не отпрыгивал.
Уже лучше.
Тони тоже посмотрел. На носу у Джея были еле заметные веснушки. В утренней неге их хотелось поцеловать, что он и сделал. И тогда Барнс уже сам прижался своими пухлыми губами к его. Мягко так, ласково, не так привычно, как делала Пеппер, и не присасываясь, как часто делали многочисленные любовницы. Почти целомудренно.
Было приятно. Чёртов Барнс с его нежностями!
Тони почему-то был уверен, что, накинься Джей на него или попытайся повалить на спину, он бы тут же дал ему по красивой наглой морде — и дело с концом. Но чёртов недолюбленный киборг так аккуратно прижимался, так смотрел на него после каждого нелепого в своей простоте поцелуя, что у Тони внутри будто таял ледовитый океан. Хотелось сделать хорошо, и ещё больше хотелось понравиться. Говорить вот только ничего не хотелось.
Он сам потянулся ближе, запустил руки в запутанные с утра волосы и решил показать Джею, как целуются взрослые.
🍄🍄🍄
Как Тони оказался на спине, он не помнил. Он точно знал, что если тут кто и будет кого-то трахать, то это будет точно не Джей. Но тот по-прежнему не боролся за контроль — вроде и уступал во всём, и смотрел как-то… трогательно, в общем. Может, и не так важно было пока — ну вот сейчас Джей полулежал на Тони и покрывал поцелуями его шею. Заползал пальцами правой руки под футболку, гладил.
У Тони в жизни не было такой длинной прелюдии. Они минут пятнадцать уже никуда толком не двигались, а Джей нежил его как девственницу на первом свидании. Хотя стояло у него крепко — Тони бедром чувствовал что-то весьма выдающееся.
— Джей, Джей, — позвал он, — ну что ты…
— Мне нравится, когда ты так называешь, — Джей сверкнул такой солнечной улыбкой, что у Тони почти заслезились глаза.
Почти.
Джей дёрнул его за футболку.
— Сними, одной рукой неудобно.
— Так пристегни вторую, — Тони стянул футболку и взялся было за пояс домашних штанов — да, они спали в штанах, как дебилы, и теперь это нехило так мешало, — но Джей остановил его.
— Ты уверен?
— Давай, пока я не заснул тут.
— Тебе не нравится?
Барнс напрягся, и снова этот взгляд исподлобья — да что ж такое-то.
Тони не будет вестись на него. Не будет.
— Нравится, но…
— Ну и всё, — снова расцвёл улыбкой Джей, — если хочешь, засыпай, дай мне… Я много лет никого не касался так.
Что-то в этой его фразе царапнуло. Барнс занялся тем, что лизал его сосок, мягко прикусывал, и это было бы приятно, если бы не…
— То есть это не эксперимент для Кэпа, а просто возможность кого-то полапать?
Тони резко сел, и в этот раз Джей смотрел уже сердито.
— Ты вообще не гей!
— Вот именно.
Полдня не разговаривали. Джей готовил грибной суп. Мухомор всё ещё украшал стол.
Не самый лучший день.
🍄🍄🍄
Утром опять целовались. Жадно.
Потому что Тони успел соскучиться по чёртову утреннему Барнсу.
Даже не жалел, что остался, по крайней мере у него осталось ещё двадцать попыток всё испортить.
В этот раз он был сверху, как и положено. Джей растёкся под ним, как масло, раскинул колени и обнял его бёдрами, поддавал снизу, проходясь своим скрытым чёртовыми штанами членом по члену Тони, истекающему смазкой под тонкими боксёрами. Он штанов предусмотрительно не надел. Мягко, чтобы не напугать своего щенка-терминатора, Тони провёл по его груди, животу и ниже. Коснулся кромки штанов. Уже почти нырнул рукой внутрь, но вспомнил, как Джей всё время проверял, нормально ли ему, и устыдился.
Оторвался от его губ, дёрнул за штаны активнее.
— Можно?
Джей сглотнул и медленно кивнул:
— Если хочешь.
Чёртов Барнс. Теперь залезть к нему в штаны и сделать вид, что это случайность или благотворительность, точно не получится. Видимо, Тони слишком долго колебался, потому что Джей вдруг отполз.
— Не надо.
— Да я…
— Я пойду.
Играли в шахматы. Тони выиграл пять раз подряд, в шестой поддался. Шестой раз был лучше всех.
Осталось девятнадцать попыток, но у Тони была идея. Возможно, плохая. Возможно, очень плохая.
🍄🍄🍄
— Пристегни руку.
Джей оторвался от поцелуя, но в этот раз Тони крепко держал его, не позволяя сбежать.
— Нет, Джей, послушай. Не надо делать себя меньше ни ради кого, понимаешь? Многие будут этого от тебя хотеть, да и я хотел, что скрывать. Но это… в общем, часть тебя. Как костюм — часть меня. И знаешь, сколько меня пытались из него вытряхнуть? И кто?
Тони поймал себя на том, что поглаживает Барнса по предплечью живой руки. Ну и пусть.
— Пеппер ненавидела костюмы. Но это часть меня, и поэтому я здесь, а она нет.
— Но я не хочу, чтобы я был здесь, а ты — нет.
Чёртов Барнс и его честность. И этот щенячий взгляд.
— Так ты не весь здесь.
Сбежал.
Опять пришлось переться на чёртову рыбалку.
Той ночью Джей демонстративно лёг спать с чёртовой рукой. Тони усиленно делал вид, что ему всё равно, а потом плюнул и обнял Барнса со спины.
Похер уже, восемнадцать попыток осталось.
🍄🍄🍄
И опять он был на спине, а Джей сверху, ненавязчиво так, и хорошо.
Очень хорошо.
Снова медленно, но в этот раз Тони даже не хотелось ничего торопить. Пришлось принять, что Джею просто нравится его трогать, гладить, прикусывать кожу, зализывать языком, раззадоривать и снова ласкать. Видно было, что парня от этого ведёт, а Тони как-то не привык, что с ним такое проделывают, но подозрительно быстро освоился. Что делать, если такой ласкучий щенок достался — только расслабиться и получать удовольствие. Сделать это было не так просто, но, когда Тони удалось, его размазало, как от экстази. Он утонул в звуках, ощущениях, этих то тихих, то жадных поцелуях, этих аккуратных «можно?» и «хочешь?»
Было можно, и он хотел.
Хотел чёртова Барнса и не в пьяном угаре, и не под покровом ночи, хотя его и задолбало ложиться в постель и делать вид, что утром ничего не было. Нет, он хотел его при свете дня и без каких-либо оправданий. И если бы Джей снова решил пойти за грибами, он бы попёрся. Такие дела. За окном шёл дождь, а значит, грибы были не за горами. И Тони было плевать. Потому что Барнс наконец осмелел настолько, что поглаживал его член через тонкую ткань боксёров. Легонько так, ненавязчиво.
— Джей, — протянул Тони, — хочу, можно, пожалуйста, сим салабим, какое-то там чёртово слово нужно сказать, чтобы ты…
Барнс дёрнул эластичную ткань вниз и жадно прошёлся взглядом, а потом и языком по члену. Такой прыти Тони от него никак не ожидал — и его выгнуло на кровати, как юнца, от такой бесстыдной ласки.
— Красивый, — с улыбкой объявил Барнс. — Вкусный. Я точно гей.
— Рад, что помог тебе определиться, — выдавил Тони, которому не хватало воздуха и очень хотелось ещё.
Джей порочно облизнулся и сделал ещё и ещё, а потом пососал головку, и Тони пропал, как не пропадал ни от одного из многочисленных минетов в своей жизни.
Он метался на кровати, стонал в голос и всё повторял имя Джея, пока тот смотрел на него блестящими от счастья глазами и пытался взять глубже. Тони не давал — ему и так было до неприличия хорошо, не хотелось, чтобы Джей давился, хотелось, чтобы и он… Чёртов Джей как-то по-особенному пощекотал языком под головкой, и Тони кончился нахрен — хотел продержаться подольше, а сам… Он пытался отстранить Барнса, но сдвинуть эту глыбу без её желания было невозможно, и в данном случае вся уступчивость Джея куда-то делась — он так и не выпустил Тони из своего божественного рта до самого конца. Проглотил всё до капли.
Ох, это было слишком хорошо. Тони впервые подумал, как он будет жить дальше, когда всё это кончится, и ему стало страшно. Вот пройдёт этот и ещё семнадцать дней, включая этот, они вернутся на базу, а там что?
А там Кэп.
Послеоргазменную негу мгновенно смело изморозью, но надо было позаботиться о Барнсе, который тяжело дышал и смотрел осоловевшими глазами. Только бы не заметил ничего. Тони решительно потянулся к нему, но Джей нахмурился.
— Что случилось?
Заметил.
— Ничего, — привычно ответил Тони и привычно улыбнулся. Обычно работало. Он снова потянулся, но Джей уже отстранился.
— Не нужно.
Блядь. Блядь. Блядь.
Вот нахуя он тогда соврал, что не гей.
В смысле — соврал?
🍄🍄🍄
Тони в то утро долго не выходил из спальни. Осмысливал.
Когда вышел, Джей уже успел приготовить завтрак, растопить камин и по какому-то кругу начать читать чёртову «Одиссею Капитана Блада».
— Почитай хоть вслух.
— Серьёзно?
Ну вот чему так радоваться? Тони кивнул.
У Джея был красивый голос, а книга оказалась не так уж плоха. Внутри громко работал счётчик. Ещё семнадцать дней и пятнадцать часов.
🍄🍄🍄
Спали в обнимку. Утром не целовались. Джей как-то был не в настроении. Обнимался и ласкался только, но губы не давал, прятался.
— В чём дело? — спросил Тони и вдруг подумал, что если Барнс ответит «ни в чём», как он вчера, то он ему врежет.
Так вот оно что.
Джей отстранился, внимательно посмотрел на него, но Тони выдержал взгляд.
— Ладно, — сдался парень. Сел напротив, сложив свои длинные ноги по-турецки. Тони не отказал себе в удовольствии огладить эти литые бёдра, ну и мышцы! Точно терминатор. Хотелось погладить натягивающий ткань белоснежных трусов и чуть просвечивающий массивный член, но Джей смотрел серьёзно, и пришлось убрать руки. Чёртовы разговоры!
— Мне нравится, — резко сказал Тони, прежде чем Барнс открыл рот, — нравится трогать тебя и… — он указал на член, — он мне тоже очень интересен, так что, если ты об этом…
— Нет, я хотел поговорить о том, что было в Сибири.
Отлично. Тут у Тони упало всё, что до того момента исправно стояло, во рту стало кисло. Только не это, только не…
— Тони?
Ну только не сейчас, чёрт подери! Голова кружилась, Джей убежал куда-то и через секунду вернулся со стаканом воды, поставил его на пол и обнял Тони со спины, прижал к себе крепко. Стало чуть легче дышать. Барнс что-то там говорил, но он не слышал, только фокусировался на ощущении надёжных рук и опоры за спиной, тёплой кожи, судорожного дыхания и губ у виска.
Ну вот. И потрахались, и поговорили. Водички ещё попил. Прелестно.
🍄🍄🍄
На обед была картофельная запеканка с грибами — картошку Джей выкопал в огороде, а часть боровиков, как оказалось, с того раза заморозил. При мысли о том, как идеальные грибы ждали своего часа в морозилке, Тони даже повеселел.
— Ну так что там с Сибирью? — спросил он, мстительно пережёвывая чёртов боровик.
Джей подавился запеканкой.
— Давай, давай, выкладывай, всё нормально, утром просто не ожидал, — нехотя признался Тони. — Ты в следующий раз подготовь как-то там, да?
— Я хотел сказать спасибо.
— Вот я об этом и говорю, — медленно выдохнул Тони, у которого снова почва начала уходить из-под ног, — можешь ты как-то понежнее, что ли, не вот так выдавать.
Снова насупился. Ну вот как с ним общаться? Снайпер хренов, укладывает с одного удара.
— Длинные предложения, Джей, а не вот так кинул и молчишь, да? И поясняй сразу, пока меня удар не хватил, за что благодаришь-то? За то, что пытался тебя убить и руку тебе к чертям оторвал?
— Да.
— Длинные предложения, Джей!
Держаться оставалось только за раздражение, оно как-то отрезвляло.
— Я пытаюсь!
— Хреново пытаешься!
Свалил. Придурок. И порцию свою на троих не доел. Благодарит он.
🍄🍄🍄
Барнс нашёлся на крыльце, жадно посмотрел на запеканку в руках Тони.
— Не дам еду, пока не объяснишь нормально.
— Ещё Баки меня назови!
— Не дождёшься.
Целовались на крыльце. Днём. Прогресс.
Потом Джей долго собирался и выдал:
— Я люблю Стива. Нет, — он схватил мгновенно вскочившего Тони за руку и с силой удержал, — послушай, я люблю Стива всю свою жизнь.
— Стало намного лучше. Семнадцать дней осталось, потерпишь и вернёшься к своему Стиву. Всё?
— Да нет же, это длинное предложение.
— Да слишком длинное уже.
— Я люблю…
— Да я понял, пусти.
— С тобой невозможно!
— Да со Стивом тоже невозможно, дурья ты башка! Было бы возможно, уже давно бы… Ты себя видел? Я вон за неделю геем заделался.
— Ориентацию не выбирают.
— Завали.
— Я…
— Если хочешь договорить, советую пропустить начало.
Вот теперь и Барнс злился. Аж желваки заходили. Отлично, хотя бы на равных. Тони вообще был в шаге от того, чтобы выбить ему эти ровные белые зубы. А ведь знал, что не на что тут рассчитывать. А он рассчитывал? Да блядь.
— Там, в Сибири, — справившись с собой, заговорил Барнс, — ты был готов на всё, чтобы остановить меня, когда ты считал, что я опасен.
— Так.
— Стив не мог меня остановить, — тихо сказал Джей, — он поддавался мне каждый раз.
— А я нет.
— А ты нет.
— Я чуть не убил тебя.
— Я чуть не убил Стива. Он не расскажет об этом, но я помню. Я стрелял в него, бил его, я… Он даже не защищался. Ты не такой.
— Да уж, не идеальный Кэп, будешь бузить — так отделаю, что имя своё дурацкое забудешь.
— Спасибо, — сказал Джей и обнял его.
Обнял!
Точно психопат.
🍄🍄🍄
Ночью целовались, и Тони, наконец, потрогал Джеев чёртов член.
Жалел только о том, что было не утро, и он не мог во всех подробностях видеть его выразительное лицо и эти почти невидимые веснушки. К ним у Тони была особая слабость. К члену, как оказалось, тоже. Тони и подумать не мог, что это будет так волнительно — держать в руке чьё-то возбуждение, ощущать, что тебя вот так сильно хотят, что это от твоих действий так вздрагивают и словно против воли стонут. Джей опьянял. Хотелось медлить, помучить его, и хотелось дать ему всё.
Барнс особенно сильно толкнулся ему в руку, и Тони вдруг подумал, а каково бы это было, если бы он… Нет, он не будет думать о том, как Барнс мог бы его трахнуть. Не будет.
Он даже почти не гей, куда… Но мысль, в отрыве от реальности, была заманчивой, что уж. То, как Джей терял голову… Как он почти скулил, как просил, чтобы Тони тоже… А потом скользил своим членом по члену Тони, оказавшись вдруг сверху, и даже смазка была не нужна — и так всё было мокрое, и снова было так хорошо, как никогда не было.
Оглушённый, Тони лежал, раскинувшись звёздочкой, пока Джей ходил в душ и за мокрым полотенцем и пока обтирал его.
Ладно, думал Тони, утро вечера мудренее.
🍄🍄🍄
Утром его разбудили губы Джея на члене.
Лучшее утро в жизни, думал Тони, толкаясь в жаркую глубину и позволяя себе больше ни о чём не думать.
— Можно?
Он даже не сразу понял, о чём Джей спрашивает, пришлось выныривать и что-то соображать, потому что чёртов Барнс замер, вопросительно глядя на него. Тёплые пальцы правой руки нежно поглаживали за яйцами, посылая по всему телу волны стыдного наслаждения. Не веря, что он это делает, Тони молча раздвинул ноги шире, но Джей не пошевелился. Придурок.
— Да можно, можно, всё можно давно уже…
Пальцы опустились ниже, и Тони благоразумно заткнулся. Вот зря он ляпнул это всё! А потом Баки нежно попросил его перевернуться на живот и привстать на колени. Пиздец. Но железный человек сказал — железный человек сделал, и Тони поднялся на закаменевших ногах, спрятал лицо в сгибе локтя. Напомнил себе, что всё это не по-настоящему и его реальная задница не пострадает. Это не сильно успокаивало.
Тёплые руки — одна человеческая и одна железная — раскрыли эту самую задницу, как чёртову «Одиссею Капитана Блада». Уверенно так, по-хозяйски. Стало совсем уж страшно, задница испуганно поджалась, и Джей с присвистом выдохнул.
— Красиво, — сказал он и горячо лизнул от яиц до копчика.
Чёртов Барнс и его чёртов язык. У Тони чуть не подкосились колени — ну предупреждать же нужно! На этом его мысли кончились, потому что Джей увлечённо продолжил, явно наслаждаясь всеми позорными звуками, которые извлекал из него. Тони никогда подобного не чувствовал и просто подавался назад к губам и языку Джея, прикусывал предплечье, чтобы не совсем уж выдавать себя.
Когда он уже думал, что у него мозги съедут, Барнс перевернул его безвольное тело на спину и снова насадился ртом на охреневший от возбуждения член. Было хорошо, но теперь заласканная задница разочарованно сжималась — чего-то не хватало.
— Джей, Джей, Джей, — потерявшись, шептал Тони и раздвигал ноги, и приподнимал бёдра с кровати, намекая, — пожалуйста.
Когда его не самый сообразительный любовник наконец догадался протолкнуть в него палец, Тони сорвался и в голос застонал от удовольствия. Палец метко нащупал что-то внутри, погладил, и всё было кончено.
Глядя, как Джей довольно щурится и облизывает припухшие губы, Тони думал о том, что нужно будет найти в доме смазку.
🍄🍄🍄
На кухне нашлось несколько бутылок с маслом.
И какое выбрать? Оливковое Тони отмёл из-за запаха — секс с ароматом греческого салата как-то не прельщал. Хотя надпись extra virgin намекала на всякое. Где палец был, там уже не virgin, решил Тони и отставил банку. Льняное пахло меньше, виноградное вообще было как будто бы ничего.
— Хочешь что-то приготовить?
Тёплый, влажный от душа Джей прижался сзади, поцеловал в шею и так и остался висеть на Тони коалой.
— Да. Свою задницу, — задумчиво сказал Тони.
Коала на нём замер, осознавая, а потом на пол с тихим шорохом упало полотенце.
🍄🍄🍄
Когда Тони представлял себе это, всё было иначе. Он точно не стоял на кухне, опираясь на столешницу и отклячив задницу, в которой размеренно орудовали уже два пальца Джея. И Джей в его фантазиях не покусывал нетерпеливо плечо, не убирал пальцы и не прижимался к растревоженному входу головкой члена, не нажимал дразняще, не проходился вниз, под яйца и потом уж точно не убирал снова, чтобы заменить член пальцами.
Реальность превосходила фантазии по всем фронтам. Тони снова плавило, ноги не держали, и он уже в который раз взмолился о пощаде.
— Джей, хороший мой, давай в постель!
— Не могу, — рыкнул любовник и добавил палец. — Терпи.
Тони захныкал. Ниже падать уже было некуда, но Джея это только раззадорило, он со стоном вытащил пальцы, опустился сзади на колени и приложился к объекту своей страсти языком.
— Я так кончу, — честно выдохнул Тони, который был уже и правда в одном крошечном шаге от…
— Хочешь так? — оторвавшись наконец от его задницы, хрипло спросил Джей.
— Нет! Тебя хочу. Внутри. На кровати.
Его отнесли в спальню как чёртову принцессу.
Ему блядь понравилось.
Пиздец.
🍄🍄🍄
Тони уже привычно лежал на спине.
Джей входил медленно, и он не знал, то ли его задница была предназначена для этого члена, то ли программа отдыха не ожидала такой подставы и лишила процесс потенциальных болезненных ощущений, то ли масло было из чёртова волшебного винограда, но ему было заебись. Он подавался вперёд, невзирая на жёсткую хватку на бёдрах, хотел получить больше, больше…
— Тони!
С трудом сфокусировав взгляд, Тони уже не хотелось уплывать обратно — Джей был невозможно красив. Вены на живой руке вздулись, протез подрагивал, он закусил губу, явно сдерживаясь, чтобы не войти сразу на полную, чего Тони, в общем-то, очень сильно желал. Он рванулся вверх, чтобы поцеловать, хватка Джея на его бёдрах ослабла, и Тони коварно насадился сам. До упора.
Звук, который вырвался у Джея, расцвёл гордостью где-то внутри. Потому что Тони был лучшим. Во всём. Точка.
Где-то по касательной сознания пробежала мысль, что Пеппер никогда не было с ним так хорошо, но он отмёл её за ненадобностью — хотелось быть здесь и сейчас, когда над ним дрожал Джей и спрашивал, в порядке ли он. Вместо ответа Тони посмотрел ему в глаза и толкнулся наверх. Больше Джей не спрашивал.
Это была не скачка, к которой Тони привык, а какое-то море — Джей качал его на волнах, а он растворялся в удовольствии, толкался навстречу, наслаждаясь стонами любовника. От рычания Джея тёк член, Джей видел это и вбивался чуть сильнее, Тони выгибало, и он насаживался в ответ… Он не знал, сколько это продолжалось — может, и совсем недолго, но казалось, что целую вечность. Что весь его мир и весь он — в этом моменте, в глазах Джея, в ощущении его внутри, в этом взаимном движении навстречу.
Джей изменил угол проникновения, и у Тони посыпались искры из глаз.
— Ещё, маленький, ещё!
Да что он несёт, какой маленький, он же больше Тони почти в два раза! Но Джей дал ещё, и мысли снова растворились в блаженном ничто, где было только тело, его потребности и невыносимо яркое ощущение другого.
Несколько толчков — и Тони кончил без рук.
Потому что он был лучшим во всём, даже в чёртовом гействе.
Джей замер, невидяще глядя на его заляпанный спермой смуглый живот.
— Двигайся, — выстонал Тони, которому необъяснимо надо было ещё, — Джей, пожалуйста.
И чуть не закричал, когда любовник толкнулся внутрь — ощущения были на грани, но такие нужные, и он всё повторял это «ещё», пока Джей не сбился с ритма и не захрипел:
— Не могу больше, Тони! Пусти!
Ну сейчас. Думает, Тони забыл тот минет, когда он отпихивал Барнса, а тот не дался? Пришло время отомстить. Он только крепче обхватил любовника ногами и для верности вцепился ему в задницу одной рукой — крепко так — и вжал в себя, отчего Джей сдался, рванулся вперёд ещё и ещё и кончил глубоко внутри, дрожа всем телом.
— Изви…
— Завали, — лениво сказал Тони и притянул его к себе целоваться.
И потом никуда не ходили! Ни на рыбалку, ни за грибами, ни в огород.
Охренительный был день.
🍄🍄🍄
Утром повторили вчерашнее. Джей был сзади, а Тони, потеряв всякий стыд, выгнулся как девчонка и принимал этот чёртов волшебный член, пока не кончился нахрен. И потом ещё немного.
Твёрдо поставил себе цель как-то заставить Джея кончить раньше него — и даже план был, потому что тот с ума сходил от всяких словечек типа «сладкий», «маленький», «хороший». И Тони был намерен в следующий раз усиленно сосредоточиться и постараться, а не растекаться от кайфа, как обычно.
Достижимые цели и шестнадцать дней.
🍄🍄🍄
Обед готовили вместе. Джей не доверил ему ножи. Ему! Инженеру, гению, изобретателю! Старк уже готов был драться за ножи, но Джей открыл муку и так смешно расчихался, что Тони всё простил. Да, вот такой слабак. Рассмеялся, притянул ближе и поцеловал, снова теряясь в этом уже почти привычном ощущении лёгкости и спокойствия. Он точно знал, что Джей ответит, знал, как ему нравится, знал, как тот будет смотреть, когда Тони отстранится. Никаких сюрпризов. Кайф.
В гостиной хлопнула входная дверь. Следом раздался знакомый и неожиданно чужой здесь голос Кэпа.
— Баки? Баки, ты здесь?
Джей отскочил от Тони метра на два.
Ну понятно.
Глупо было рассчитывать на иное.
🍄🍄🍄
Эти двое обнимались, а Тони смотрел на Кэпа и искренне не понимал, как он мог так проебаться.
Ладно, проехали.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Джей голосом Баки.
Он вообще как-то резко откатился до Баки, и Тони его не узнавал. Мелкие отличия, но они сбивали всю картину. Видно было одно — Джей был не в своей тарелке, но тщательно это скрывал за моськой хмурого кота. Тони уже успел от неё отвыкнуть за прошедшие дни.
— Тебя не было слишком долго, а потом Пятница оповестила меня, что ты отказался выходить из программы вовремя. Сказала, что ты здесь с Тони, и я решил…
— В смысле отказался? — бесцеремонно влез Тони. — Ты же сказал, Пятница на связь не вышла.
Теперь они с Кэпом оба смотрели на Джея. Один удивлённо, другой разъярённо. Ну понятно, кто как.
Джей с лицом Баки молчал.
— Ладно, заканчиваем цирк, — решил Тони. — Вытаскивай нас, раз пришёл, а с остальным потом разберётесь.
Джей с лицом Баки молчал.
Ну и прекрасно. Просто заебись.
Тони закрыл глаза, а когда открыл их — увидел знакомые стены лаборатории. Не успел он очухаться, как туда ворвался Джей с Кэпом на хвосте. Ну да, сам оплошал, привык как-то, что на базе к нему особо никто не заходит, не закрыл двери. В будущем надо быть как-то осмотрительнее.
— Тони, — взволнованно начал Джей, уже меньше похожий на Баки.
— Да ладно тебе, Зимний, — отрезал Старк и не стал реагировать на ошеломлённое выражение этого знакомого до последней чёрточки лица. — Сбежал он от тебя, Кэп, потому что сохнет по тебе всю жизнь, а ты ни туда ни сюда. Определись как-то. А теперь на выход оба, нам с Пятницей нужно кое-что обсудить.
И вовсе он не смотрел, как несгибаемый Кэп уводит Джея. И выражения этих глаз не запомнил.
Ну да, повёл себя как мудак, ну с кем не бывает. Может, хоть раздуплится идеальный Роджерс зато. И так проще. Не нужно будет выслушивать дурацких объяснений.
Нормально.
Сойдёт.
— Мистер Старк, я хотела извиниться.
— Не сейчас, Пятница, нормально всё. Сам виноват. Перегнул тогда.
— Кофе, сэр?
— Можно.
🍄🍄🍄
Тони целыми днями прятался в лаборатории, но Джей всё равно умудрялся его избегать. Стив смотрел волком, но молчал. И слава богу.
Сказал бы хоть слово — и Тони за себя уже просто не отвечал. Чёртов идеальный Кэп и тут вёл себя идеально. И с Джеем не миловался, по крайней мере публично. Что у них там творилось за закрытыми дверями, Тони не знал да и знать не хотел. Вот совершенно.
— Мистер Старк, там за дверью мистер Барнс.
— Я занят.
— Мистер Старк, он не уходит.
— Ну и ладно.
— Мистер Старк, он сидит под дверью.
— Чёртов Баки! Открой дверь.
От неожиданности сидящий спиной Барнс чуть не ввалился внутрь, и раньше Тони бы посмеялся над этим, но сейчас настроения как-то не было.
Говорить ничего не хотелось.
Джей плавно поднялся, дверь за ним с тихим шорохом закрылась.
— Ты не должен был говорить ничего Стиву, и ты обещал не называть меня Зимним, — сурово выдал он, медленно и неотвратимо надвигаясь на Тони, как чёртов ледокол.
— Я обещал не называть тебя Баки, — вяло отмахнулся Тони.
Про Кэпа он говорить не хотел, стыдиться было поздно, а виноватым он себя не чувствовал. Почти.
— Но я просил тебя не называть меня так, — не унимался непривычно жёсткий Джей, — а в мои отношения со Стивом ты вообще не имел права вмешиваться.
— Ну уж вмешался, поплачь.
А потому что бесил неимоверно. Отповеди ему только не хватало ко всему прочему.
— Сейчас тоже грубишь, — недовольно отметил Джей.
Быстро поцеловал и отпрянул, как будто Тони мог его укусить.
— Ты что делаешь?
— Я хотел сказать, что… Не перебивай, это длинное предложение.
Тони отложил наноотвёртку, чтобы ненароком не дать этому олуху в глаз.
Что бы он ни сказал, он точно знал, что вестись на это не будет. Не будет.
Джей сделал свой выбор, он его принял, всё.
— Я хотел сказать, что ты мухомор, Тони. Вот. Мухоморы ядовитые, но и очень нужные.
— Да, я помню, они указывают путь к идеальным боровикам.
— И это тоже.
Вот засранец.
— К идеальным боровикам, которые остаются лучшими друзьями несмотря ни на что. А Мухоморы…
— Да что твои мухоморы, Барнс, у меня нет столько времени слушать про грибы!
— Их используют и в медицине, и как наркотики, и как обезболивающее — и ещё много где, я изучил. И без них никак. Хоть они и ядовитые. Бывают иногда. Вот ты мухомор.
— Спасибо, я понял, — внутри взбухало что-то огромное и яркое, похожее на чёртов мухомор.
— И мне без тебя никак, — шёпотом сказал Джей.
Но Тони услышал.
🍄🍄🍄
— Когда выберемся отсюда, отвезу тебя в свой загородный дом. Вообще там довольно тухло. Тебе понравится.
— А там есть «Одиссея Капитана Блада»?
— Там даже телик есть, представляешь.
— А «Одиссея»?
— Закажу.
— …Тони, а там можно завести козу?
— Вот нахрена тебе коза?
— В Ваканде были козы, мне нравились.
— Пятница, запрограммируй в программу отдыха козу.
— Да, мистер Старк. Одна коза в процессе.
— Вот. Слышал? Не угробишь виртуальную козу — купим тебе настоящую.
— Ладно.
— Будем там жить в своё удовольствие, трахаться везде… Мухоморы посадим.
— Грибы не сажают, Тони, они сами растут.
— Завали.
— Не груби мне.
— Ну извини.
— Чего?
— Что слышал.
— Пятница, запиши этот день в базу. Тони Старк извинился!
— Записывай, записывай, больше не повторится.
— Ну и ладно.
— Да?
— Я знал, с кем связывался, ожидания и так предельно занижены.
— Пятница, отключайся нахрен. Сейчас же.
— Да, мистер Старк.