Work Text:
Ди Фэйшэн принадлежит им. С того момента, как позволил Ли Сянъи обмануть себя и заставить следовать за ними. Или когда позволил Фан Добину поцеловать себя. А может он всегда принадлежал им, самый сильный в Цзянху или сирота крепости Ди, им не важно, ведь он — их. А они — его.
Это странно — быть чьим-то, ни как вещь, которой он был в крепости Ди, а как человек.
Ди Фэйшэн видел немало слуг, рабов и девиц из домов удовольствий — их тела и жизни принадлежали хозяевам, но не мысли. И это было совершенно непохоже.
Ни Ли Сянъи, ни Фан Добин не могут приказывать ему, ни один из них не хочет этого. Даже мальчишка с замашками лорда делает это скорее по привычке, чем реально надеясь на исполнение.
Ди Фэйшэн может исполнить любое желание, достать что угодно, убить кого угодно, поэтому странно осознавать, что от него хотят только одного — «будь счастлив».