Chapter Text
Взъерошенный чёрный кот с нескрываемым отвращением пытался стряхнуть с лапы нечто липкое, слизкое и невероятно вонючее. Кажется, это были остатки рисовой лапши с испорченным чесночным соусом. Он ненавидел чеснок. Мерзко. Очень.
Предприняв ещё одну отчаянно-героическую попытку подпрыгнуть, чтобы открыть крышку мусорного бака, и убедившись, что затея гиблая, кот вздохнул и, признав своё поражение, попытался найти наиболее чистый угол контейнера, чтобы перевести дух.
Беспомощность, безнадежность, бренность бытия и вонючий соус, прилипший к лапе. А все потому, что раз в тринадцать лет фамильяры на тринадцать дней теряли свою силу и застревали в своей животной сущности. Без сил, без магии, без возможности обернуться человеком, короче без нихрена полезного. И обычно Сяо Чжань, а именно так звали кота-фамильяра, старался заныкаться на это время в какое-нибудь безопасное теплое место, свернуться пушистым клубочком и переждать, желательно в спячке. Но в этот раз он совершенно забыл о приближающейся дате, и превращение застало его врасплох посреди улицы.
Дело в том, что вчера он закутил с лучшей подругой в баре, отмечая победу любимой футбольной команды, и как-то этот маленький нюансик, что он вот-вот станет беспомощным зверьком аж на две гребанные недели, вылетел у него из головы. Ну ладно он забыл. Но ведь и Сюань Лу, стерва эта девятихвостая, с которой он, собственно, и кутил, не напомнила ему об этом. И вот именно поэтому он сейчас находился в таком плачевном положении. Поэтому и потому, что умудрился попасться в руки каким-то малолетним живодерам. Вы спросите как же так? Ну вот так: когда ты кот, да еще и пьяный в стельку, бдительность как-то притупляется.
Так что сейчас Сяо Чжань лежал где-то на дне бочонка с мусором, да еще и с привязанной к хвосту консервной банкой. Кто вообще сейчас так делает? Разве современным подросткам не положено сутками тупить в гаджетах, страдать от того, что весь мир не понимает их тонкую душевную организацию и лечить пубертатные прыщи, а не вот это вот всё?
Нет, ну просто класс! Прожить сотни лет и сдохнуть посреди отходов. Да он просто кандидат на премию Дарвина, амбассадор слова неудачник! Сяо Чжань закрыл глаза и злобно засопел, проклиная свою беспомощность, забывчивость Сюань Лу и мелких живодеров.
Попытавшись усесться поудобнее, чтобы раз в десятый попробовать связаться с подругой, он поскользнулся, кажется, на гнилых очистках картофеля. Серьезно, есть же баки с бумагой, с пластиком. Обязательно было именно в пищевые отходы его макать?! Мерзость, теперь реально вся шерсть клейкая и вонючая.
Пока Сяо Чжань негодовал о своем тяжёлом кошачьем положении и пытался силой мысли доораться до Сюань Лу, крышка бака резко распахнулась, и носа наконец-то коснулся приятный, свежий вечерний воздух. Сначала носа воздух, а потом головы мусорный пакет.
«Твою ж мать, смотри куда барахло свое кидаешь!» — грозно зашипел Сяо Чжань, но на деле вышло лишь жалобно-возмутительное: «Мяу!».
— Фу, крыса что ли? — послышался голос сверху.
«Обидненько…»
— Кот! — снова раздалось над головой на этот раз без ноток брезгливости. А потом теплые руки подхватили пушистое тельце и потащили вверх. — Бедолага. Что за уроды с тобой такое сделали?
«Я как-то не успел поинтересоваться их именами и биографией», — фыркнул про себя Сяо Чжань.
— Какой же ты плешивый и задохлый, — сокрушался его спаситель, отвязывая нить с банкой от хвоста.
«Плешивый? Ты охренел что ли?! Сам ты плешивый!» — Сяо Чжань чуть не задохнулся от возмущения и попытался царапнуть держащие его руки.
— А ты боец, я смотрю, — беззлобно засмеялся в ответ парень, отбрасывая банку на дно мусорки.
Да, это был парень. Довольно молодой. Теперь Сяо Чжань мог его разглядеть: фиолетовая толстовка, синие волосы, выбивающиеся из-под капюшона, чёрные джинсы. Какие-то браслеты на запястьях, куча серёжек в ушах и странные кулоны на шее.
«А ты, парень, часом не сатанист какой? — предположил Сяо Чжань, скептически оглядывая одежду и металлолом по всему телу своего спасителя. — Не собираешься привязывать меня к какой-нибудь пентаграмме и вызывать какую-нибудь хрень? Потому что, привязав именно меня, шансы вызвать хрень как бы резко возрастают, и будем мы с тобой, чувак, уматывать от этой самой хрени уже вдвоём. Ты на своих двоих, я на четырех... Эй, ты зачем меня обнимаешь? Фу, блин, пусти! Спас, спасибо, но не надо фамильярности!.. Пусти, кому говор… я… т… Блин, как тепло и уютно... Ладно, я на секундочку только глаза прикрою...»
Проснулся Сяо Чжань уже в тёплой квартире. Его аккуратно, ещё сонного, достали из-за пазухи и поставили на пол в прихожей.
— Ну вот, пухнастик, осваивайся. Это твой новый дом.
«Как ты меня назвал? Совсем потёк что ли? Какой, нафиг, пухнастик? Какой новый дом?» — возмутился Сяо Чжань, щуря глаза от резкого яркого света.
Демонстративно фыркнув, уже хотел ломануться отсюда, но, во-первых, дверь была закрыта, а, во-вторых, на улице ночь, холод и, в принципе, можно перекантоваться до утра и тут. Кивнув сам себе, он насколько мог гордой и независимой походкой направился в сторону кухни.
— Э, нет, дружок! Сначала мыться, а потом ужинать, — с этими словами парень подхватил кота на руки и потащил в ванную. Сяо Чжань, в общем-то, был не против. В конце концов, вылизывать свою шерсть, провонявшую разными пищевыми отходами, совершенно не хотелось.
Его поставили лапками на холодный поддон ванны. Включив воду, спаситель сначала проверил её температуру («Надо же какой предусмотрительный») и лишь потом направил слабую струю на Сяо Чжаня, который тут же замурчал от удовольствия. Да-да, кошки не любят воду и всё такое, но он то и не совсем кот.
Было безумно приятно с похмелья, после пары часов в мусорке, принять душ. Смыть опостылевший запах чесночного соуса и гнили от картофеля. Сяо Чжань стоял и наслаждался тем, как ему заботливо моют спинку, как аккуратно водят мокрой рукой по голове, не забывая почесывать за ушком.
«Кайф, ну чистый кайф. Я ведь могу привыкнуть и затусить тут на две недели... Мрррр... Ты что творишь ?!??»
Рука в пене скользнула на живот и оказалась в опасной близости от… Короче, от стратегически очень важного места, между прочим! Сяо Чжань как ошпаренный дернулся бежать, но поскользнулся на мокром бортике ванны и совершенно не изящно скатился на животе назад, проезжаясь подбородком по белой поверхности.
«Вот блять...»
— Всё-всё, я понял, ты не любишь, когда трогают живот. Больше не буду, — примирительно гладя кота по голове, поспешил успокоить его хозяин квартиры. — Зато я кое-что видел и теперь знаю, что ты мальчик.
«Всё, это фиаско… Ниже падать некуда... — его подняли на руки, обернули какой-то тряпкой и принялись целовать в мокрый нос. — А нет, есть куда… Вот теперь точно дно пробито», — вздохнул Сяо Чжань, не в силах сопротивляться этому наглому вмешательству в его личное пространство и посягательству на его непорочную честь... Ой ладно, кого он обманывает, за столько-то веков.
Кота плотнее завернули в тряпку и отнесли на диван.
— Полежи тут, пухнастик, я сейчас сгоняю за едой и туалетом. Надеюсь, за время моего отсутствия ты не сделаешь лужу на диване или ковре. Если сильно приспичит, то лучше в коридоре, — парень подмигнул и ещё раз чмокнул мокрый нос.
«Да что ж это у тебя за фетиш-то такой: целовать мой нос?»
Оставшись один, Сяо Чжань выбрался из импровизированного полотенца, отряхнулся, пару раз для порядка лизнул свою шёрстку и пошел неспешно осматривать квартиру, в которой собирался остаться до утра. Осматривать, надо сказать, было особо нечего. Небольшая гостиная с белыми стенами и ярко салатовым диваном. На нем вишнёвого цвета декоративная подушка, скорее всего handmade. Сяо Чжань толкнул её лапой и увидел на явно спрятанной от посторонних глаз стороне надпись «любимому внуку».
«Что, парень, слишком крутой для подушки, подаренной бабушкой?» — усмехнулся Сяо Чжань.
Напротив дивана висел большой телевизор, прямо перед ним на полу валялась игровая приставка. На окнах вместо штор жалюзи. На полках, подоконнике и полу внушительная коллекция наборов лего. В углу видавший виды и разукрашенный вырви-глаз-цветами скейт. Деревянный комод, стеклянный журнальный столик. В общем, вся комната вводила Сяо Чжаня в дизайнерско-эстетическую кому.
Слева по коридору ванная, где его только что полоскали, чуть дальше кухня и, видимо, спальня. Дверь туда была плотно закрыта, а у Сяо Чжаня как бы лапки, поэтому то, что там именно спальня, а не кабинет, спортзал, оранжерея с анашой или пыточная, оставалось только догадываться. На этом осмотр вынужденного пристанища был окончен, и разглядывать было откровенно больше нечего. Так что, лениво зевнув и потянувшись по-кошачьи, он вернулся на диван и, свернувшись клубочком на мягком велюре, задремал.
На завтра у него были большие планы. Во-первых, найти Сюань Лу и наорать на неё. Громко. Затем вернуться в свою квартиру. Спойлер: ключи от неё он потерял при «неожиданном» перевоплощении, а запасные как раз у его подруги. Ну, а после жрать и спать, пока не пробьет полночь тринадцатого дня, и он снова не сможет превращаться в человека.
Спаситель вернулся спустя не более получаса и какой-то подозрительно довольный собой. Прямо настораживало. Сяо Чжань приоткрыл правый глаз. В одной руке вернувшийся держал довольно увесистый пакет, а во второй кошачий туалет. Ладно, с этим можно смириться.
— Привет! — дружелюбно улыбнулся, сгружая свою ношу на пол и стряхивая с окрашенных синих волос капли дождя. — Не скучал без меня?
«Не особо», — в ответ хмыкнул Сяо Чжань, не надеясь быть понятым.
Теперь при хорошем освещении и без стрессов Сяо Чжань наконец смог нормально разглядеть хозяина квартиры. Он был высоким, может лишь на пару сантиметров ниже самого Сяо Чжаня, ну в смысле когда он не на четырех лапах. Нетипично светлая для среднестатистического китайца кожа, с парой милых прыщиков у шеи. Густые, по виду шелковистые, хоть и выкрашенные в синий цвет, волосы. Пухлые губы, яркая задорная улыбка. Парень был откровенно красивым. А Сяо Чжань был откровенно геем и мог эту красоту оценить.
Принесенный лоток занял свое место в коридоре, удачно уместившись в нише между дверью и шкафом.
— Мне сказали, что это очень клевый наполнитель. Природный, и котам нравится.
Очень обрадовало, что туалет все-таки был с крышкой, и Сяо Чжань, уже довольно долго терпевший, сразу направился внутрь. Закончив дела и пару раз копнув для порядка, он вышел под одобрительные возгласы, ждавшего снаружи парня.
— Умница, какой ты воспитанный кот! — чуть в ладоши не хлопал от восхищения.
«Сколько радости-то от того, что я посрать сходил», — закатил глаза Сяо Чжань и с любопытством заглянул в пакет.
Еды ему этот блаженный накупил целую кучу и самой разнообразной. Тут и сухой корм, и мокрый, и в пакетиках, и в банках, даже суп какой-то и снеки. Интересно в магазине что-то осталось?
— Я не знал, что тебе понравится, поэтому на пробу взял несколько, — как будто извиняясь, пожал плечами молодой человек, открывая одну из консервных банок.
«Мне бы понравилась утка с овощами в остро-сладком соусе», — обреченно вздохнул Сяо Чжань и подошёл к миске.
Будучи в своей животной форме, он действительно мог существовать и питаться, как кот. В прошлом ел даже сырое мясо и мышей, и это не вызывало внутренних противоречий, но с тех пор, как перестал от кого-либо зависеть, предпочитал даже в этом воплощении, по возможности питаться человеческой едой.
Только он собрался есть, как парень достал что-то из кармана и начал с вороватым видом утрамбовывать это что-то в еду. Выглядело странно, комично и слегка подозрительно. Ладно, сильно подозрительно.
— В аптеке дали, — пояснил он непонятно кому. — Сказали раз ты уличный, тебя необходимо проглистогонить, и для этого нужно замаскировать таблетку в еду.
«Ах вооот что ты делаешь! Ну-ну, маскируй, не буду мешать», — с максимальным сарказмом, на который был способен, мяукнул Сяо Чжань и уселся на попу, наблюдая.
Парень, по виду весьма довольный своим коварным планом и гениальной в своей тонкости стратегией по выведению глистов, стал терпеливо ждать, пока кот поест, не заметив таблетку.
«Какая прелесть наивная, обнять и плакать», — муркнул Сяо Чжань и принялся уплетать угощение, естественно обходя кусочек, в котором было лекарство.
— А ты не так прост, как кажешься, котяра, — присвистнул парень, увидев, что тарелка опустела, и только посередине остался нетронутый кусочек мяса с таблеткой. Сяо Чжаню даже показалось, что в голосе его спасителя промелькнули нотки уважения. — Но тебе всё равно придётся её съесть.
«А вот это уже плохо», — подумал кот и резко бросился наутек, слыша, как за ним тоже срываются с места.
Сяо Чжань улепётывал, буксуя лапами на скользком ламинате, а за ним, спотыкаясь об углы мизинцем и перебирая, по-видимому, все известные ему маты и молитвы, гнался хозяин квартиры. Навернув несколько кругов по гостинной, пару раз перемахнув диван и оббежав вокруг стола, оба остановились отдышаться в противоположных углах комнаты. Черный кот со вздыбленной шерстью и раскрасневшийся парень с взъерошенными волосами.
Не теряя друг друга из вида, они передохнули минуты две и опять возобновили бега. Сяо Чжань и подумать не мог, что пацан окажется таким настырным. Настырным, а еще хитрым. Да, он умудрился обхитрить его и все же поймать. Сяо Чжаню это максимально не понравилось, и он на голых инстинктах стал вырываться и верещать. Извернувшись несколько раз, оттолкнулся задними лапами обо что пришлось, и выпрыгнул-таки из рук, сразу вскочив на полку и снеся оттуда несколько собранных экспонатов лего. Те с шумом рухнули на пол, естественно, разлетевшись на мелкие детали.
«Упс, столько трудов наверное», — подумал Сяо Чжань и обернулся.
То, что он увидел, ему совсем не понравилось. Парень, остановившись, растерянно смотрел на разлетевшиеся детальки лего. Но самое плохое было не это. По рукам стекали довольно обильные струйки крови. Сяо Чжань, вырываясь, в запале даже не заметил, как сильно расцарапал сопернику кожу. И вот тут стало слегка страшно. Без сил фамильяра на эти тринадцать дней он просто кот, которому сейчас, похоже, реально не поздоровится. Хорошо, если просто схватят за шкирку и выкинут из квартиры, а не придадут ускорение, например, пинком и через балкон. Сяо Чжань вжался в угол, распушил шерсть и выгнул спину, стараясь придать себе максимально грозный и опасный вид, хотя на деле самому было очень-очень страшно.
Но к его удивлению, расплаты не последовало. Парень, вздохнув, пошел в ванную и спустя полминуты вернулся, обмотав руки полотенцем.
— Ты извини. У меня никогда не было животных, — вздохнул он, присаживаясь на диван. — А в аптеке сказали, если не съешь с кормом, просто запихнуть таблетку тебе в пасть. Но я больше не буду пытаться. Мы так друг друга поубиваем быстрее, чем ты её съешь. Мир?
Сяо Чжань недоверчиво взглянул на поникшего парня, а потом сделал осторожный шаг навстречу. Он хоть и порождение темной магии и всё такое, но уж точно не мудак и вообще-то не собирался пускать своего спасителя на лоскутки. Это, действительно, вышло случайно.
Всё так же осторожно, он подошел поближе и сел в позе статуэтки напротив дивана. Чуть склонив голову на бок, принялся выжидающе смотреть.
— Меня, кстати, Ван Ибо зовут, — представился коту молодой человек. — Тебе тоже надо имя придумать, не будешь же ты вечно пухнастиком. Хотя, вообще, я привык тебя так называть, и мне нравится. А тебе?
Сяо Чжаню было откровенно наплевать останется ли он до завтра пухнастиком, или назовут его в честь императора Пуи. Гораздо больше его тревожило примешавшееся к понятному чувству вины за расцарапанные руки, другое, практически забытое чувство, для которого в человеческом языке нет определения. Ощущение, что ты сделал что-то против своей сущности. Против сущности фамильяра. Но ведь для этого чувства сейчас нет оснований, или?
Наверно, Сяо Чжань слишком сильно погрузился в свои размышления, потому что не заметил, как Ван Ибо успел сходить за аптечкой и сейчас, шипя, неумело обрабатывал сам себе царапины.
— Ну вот и всё, — убирая мазь обратно в коробку. — Боевые ранения обработал, от заражения крови себя спас. Пойдём спать?
«В смысле пойдём? Вдвоём? Ага, щаааас», — Сяо Чжань изо всех сил попытался фыркнуть, но кажется вместо этого чихнул. А потом развернулся и, гордо подняв хвост, запрыгнул на диван, свернулся в клубок, всем своим видом показывая, что он спит здесь, а его спаситель может валить в свою спальню и желательно не храпеть оттуда.
Устроившись поудобнее, Сяо Чжань сам не заметил, как провалился в сон. День был богат на события и стрессы, да и что греха таить, спать он любил.
Утром Сяо Чжань сидел на диване и с интересом наблюдал, как проснувшийся на двадцать минут позже, чем прозвенел будильник, Ван Ибо носился по квартире, сшибая периодически мебель и пытаясь одной рукой чистить зубы, а второй впихнуть ногу в штанину джинс.
«Забавный», — кот потянулся, зевая, и улёгся на бок, вальяжно раскинув лапы.
— Ну всё, еды я тебе положил, воду налил. Я побежал, — сообщил Ибо, уже привычно целуя кота в нос. Кот на это лишь обреченно вздохнул, смиряясь, и покачал головой. Ну что за дебильная привычка?
Уже в дверях тот ойкнул, а Сяо Чжань с любопытством выглянул в коридор. На пороге стояла девочка лет восьми-девяти, с коробкой конструктора в руках. Вид у нее был, мягко сказать, не ахти: какая-то бледная и вялая, голос хрипел.
Из разговора, Сяо Чжань понял, что это была соседка, которая иногда брала у Ибо лего, а временами просто прибегала, как сейчас похвастаться своим. В школу она сегодня не пошла из-за болезни. Вообще, в последнее время дома ей приходится оставаться довольно часто, и скорее всего её переведут на домашнее обучение. Сяо Чжаню вся эта информация нафиг была не нужна, но его никто не спрашивал.
— Кот! — воскликнула девочка, показывая пальцем на вышедшего к ним Сяо Чжаня.
— Вчера на улице подобрал, — пояснил ей Ибо. — Решил, что назову его Росси. В честь моего любимого гонщика Валентино Росси. Мне кажется, ему должно быть приятно.
Кому именно должно быть приятно: ему или гонщику, Сяо Чжань так и не понял. Девочку позвала её мама, попросив не задерживать соседа, и она, махнув на прощание, убежала к себе, а Ван Ибо, подхватив рюкзак, обернулся к своему коту.
— Не скучай без меня, скоро увидимся.
«Это вряд ли», — не без самодовольства подумал Сяо Чжань, собиравшийся свалить отсюда сразу же после его ухода.
— Не круши тут ничего больше и обязательно дождись меня, — Ван Ибо подмигнул и выбежал за дверь, а у Сяо Чжаня кровь в жилах застыла.
Дождаться. Это был приказ, и он его… этого слова тоже нет ни в одном языке мира. Он его не услышал, не понял, а скорее впитал, осознал, поглотил, растворил в своем сознании. «Дождись меня» — это не украдкое подмешивание таблетки и не вопрос «пойдём ли спать». Это прямое, четко сформулированное требование, и всё существо фамильяра готово было его исполнить…
«Тааак, спокойно! Спокойно Сяо Чжань! Это просто какое-то недоразумение, — успокаивал он сам себя, нарезая круги по комнате. — Надо следовать плану и просто позвать Сюань Лу, а вместе мы разберемся».
У самого Сяо Чжаня магии сейчас не было, но у его подруги хули-цзин-то была. А эта лисица, слава небесам, умела слышать его издалека. Нужно просто закрыть глаза, сосредоточиться, отгородить свой разум от внешнего мира, настроить свое сознание на сознание Сюань Лу и спокойно, расслабленно, не нервничая, призвать её.
«ЦЗЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!!!!!!!!!!!!!!!!»
«СЮАНЬ ЛУ!!!!!!!!»
«ГДЕ ТЕБЯ ГУИ НОСЯТ, ТВОЮ ПРАБАБУШКУ!!! ЛУУУУУУУУУ-ЦЗЕЕЕЕ!!!!!!»