Chapter Text
Сяо Чжань — взрослый человек, ответственный, можно даже сказать, солидный. Он совершенно точно не сидел в вечер пятницы на полу, прислонившись к панорамному окну лбом, и не раздумывал о том, обращаться или нет к человеку, на виртуальной визитке которого написано: “Аренда плохого парня”. Совершенно, блядь, точно!
Сяо Чжань сидел на полу и думал.
И поймите его правильно, он любил своих родителей. Они его вырастили, согласились, пусть и с боем, с его выбором карьеры, а потом приняли ориентацию. Они были хорошими людьми. Но ровно до того момента, в котором Сяо Чжань с новым… кем-то оказывались в зоне поражения, и тогда злобные духи в телах его родителей устраивали допрос с таким пристрастием, что впору было жаловаться в международный суд по правам человека. Никто ещё не ушёл из их дома без психологической травмы, и Сяо Чжань просто устал.
Ему хотелось привести понравившегося парня домой и не участвовать в квесте “А теперь пусть докажет, что он тебя достоин”.
Поэтому, когда Сюань Лу рассказала о своей подруге, родители которой сначала были категорически против её жениха, но, познакомившись с арендованным “плохим парнем”, сменили точку зрения на прямо противоположную, в голове у Сяо Чжаня загорелась лампочка, обозначающая бредовые идеи. Впрочем, попросил контакты он не сразу. Ему понадобилась неделя раздумий и тихий разрыв, в котором звучали фразы в духе “дело не в тебе”, “дело во мне”, “на самом деле дело в твоих родителях”, и “А-Чжань, это полный пиздец, никто в этом мире их не переживёт!”.
Сюань Лу, благослови боги её доброе сердце, почти не смеялась и вечером того же дня скинула ему ссылку на лэндинг того самого “плохого парня”, где был перечислен весь комплекс предоставляемых услуг. Сделана страница была явно на коленке, и у Сяо Чжаня тут же начался профессиональный зуд в пальцах, к которому приложилась тахикардия от противоречивых эмоций.
Так он оказался у окна — вид мелькающих внизу огоньков успокаивал, — а подошедшая Орешек устроилась на его коленях и замурчала.
Хорошая сторона его сознания говорила, что с родителями так не поступают, но дурная в конечном итоге победила. Им будет полезно встретиться с кем-то по-настоящему плохим. Так, глядишь, следующие отношения Сяо Чжаня не закончатся очередным фиаско.
Он тяжело вздохнул, оторвался от окна, оставив после себя отпечаток на стекле и недовольную кошку, взял макбук и минут сорок сочинял письмо. Вышло многословно и несдержанно. Сяо Чжань удалил всё вплоть до фразы “Добрый вечер!” и начал сначала.
“Узнал о вас от подруги, — писал он, — нужна помощь, готов внести предоплату и покрыть по факту дополнительные расходы. Если вас не смутит, что я не девушка, позвоните по указанному ниже телефону для уточнения деталей”. Словно не человека в аренду заказывал, а договаривался с клиентом.
Дописав и проверив текст на ошибки и опечатки, он сглотнул и быстро, не давая себе время передумать, нажал на “отправить”. Письмо улетело куда-то в глубины интернета, и Сяо Чжань с ужасом понял, что сделал это. Несколько минут искал, куда бы нажать, чтобы всё отменить, а потом подпрыгнул, услышав неожиданно громкий и резкий звук телефона. Высветившийся на экране номер не был ему знаком.
— Алло?
— Господин Сяо? — вежливо уточнил низкий приятный голос.
— Да. Да, это я.
— Я только что прочитал ваше письмо. Диктуйте адрес.
— З-зачем? — у Сяо Чжаня округлились глаза от такой прыти.
— Уточнить детали и обсудить план, — фыркнул собеседник. — К тому же я всё равно должен буду как-нибудь к вам заехать, чтобы наши отношения могли подтвердить свидетели. Адрес?
Сяо Чжань продиктовал.
— Вам придётся спуститься и встретить меня. И пришлите селфи, чтобы я знал, как вы выглядите.
Сяо Чжань согласился, чувствуя себя загипнотизированным кроликом перед удавом.
— У вас в доме есть консьерж?
— Да, а заче…
— Свидетели, — напомнил парень, имени которого Сяо Чжань всё ещё не знал, но уже пригласил к себе в гости. Ну не совсем пригласил. — Ждите, буду минут через двадцать.
Он отключился. Сяо Чжань несколько минут не моргая смотрел в вечность, пытаясь уложить произошедшее в голове. Потом сделал селфи и отправил в чат к безымянному “плохому парню”. Тот ответил эмодзи с поднятым вверх большим пальцем, но любезность не вернул, а через девятнадцать минут написал, чтобы Сяо Чжань спустился вниз и о чём-нибудь спросил консьержа.
Сяо Чжань спустился. С вопросом к консьержу не вышло, потому что всё внимание того безраздельно занимал Юй Бинь, дружить с которым Сяо Чжань начал ещё в том возрасте, когда мирно лежал в кульке на кровати и пускал слюнями пузыри. Юй Бинь был самым приветливым и добродушным из всех людей, которых Сяо Чжань когда-либо встречал, а потому постоянно выслушивал длинные монологи незнакомцев. Видимо, что-то в выражении его лица прямо-таки кричало всем вокруг “расскажите мне всё, что наболело”. Именно к Юй Биню обычно подходили на улице спрашивать дорогу, время, температуру воздуха, вероятность дождя и прогнозы изменения курса юаня к доллару.
— Привет! — бросил Сяо Чжань другу и кивнул консьержу: — Добрый вечер!
Юй Бинь посмотрел на него с надеждой:
— А-Чжань! Ты куда это на ночь глядя?
— Да так, — Сяо Чжань дёрнул плечами. — Вышел встретить… друга.
— Господин Сяо, но я ведь всегда на посту, — засуетился консьерж, почувствовав угрозу незыблемому авторитету своего профессионализма.
— Да я просто… — у Сяо Чжаня начало припекать уши и щёки. — Просто… сам хотел.
— Что за друг? — спросил Юй Бинь. И при других обстоятельствах Сяо Чжань бы с ужасом вспомнил, что их матери каждую субботу ходят пить кофе и сплетничать. Сейчас он вспомнил об этом факте с истерическим весельем. Господин плохой парень хотел свидетелей? Да они же сорвали джекпот!
— Ну. Друг.
За спиной Сяо Чжаня мягко разъехались двери. Он повернулся и едва успел взглянуть на вошедшего, едва отметил синие волосы, холодность красивого лица, чёрную кожаную куртку, джинсы с дырами на коленях и мотошлем в левой руке, как тот шагнул ближе, вжимая отпрянувшего Сяо Чжаня в угол стойки, усмехнулся, надавил свободной ладонью на его затылок, заставляя нагнуться, и приник губами к губам.
— Э? — шокированно спросил Юй Бинь.
Консьерж и вовсе надрывно закашлялся, подавившись то ли возмущением, то ли потрясением от такого бесстыдства.
Но тот, кто его целовал, и не подумал остановиться. Губы Сяо Чжаня прикусили, вынудив раскрыться и впустить в рот наглый язык, чужие пальцы сжались на волосах и чуть дёрнули, заставив охнуть.
Через несколько — секунд? часов? вечностей? — парень отстранился и, схватив Сяо Чжаня за запястье, потянул в сторону лифта.
— Пока, А-Чжань! — сдавленно попрощался смеющийся Юй Бинь. — Хорошей ночи.
Сяо Чжань махнул ему и на подгибающихся ногах вошёл в клетку ко льву — в очень маленькое и очень замкнутое хромированное пространство, в котором какие-то идиотские люди установили зеркало во всю стену. Отражение выглядело помятым, растрепанным и изрядно охуевшим. Словно его тоже только что чуть не трахнули в холле собственного дома. Сяо Чжань на автомате протянул руку и нажал на кнопку нужного этажа.
— Здравствуйте, господин Сяо, — сказал этот… человек и деловито подал ему раскрытую для рукопожатия ладонь. — Меня зовут Ибо. Простите, я обычно не называю фамилию.
— Ага, — сказал Сяо Чжань, не в силах выдавить из себя что-то умнее. — Это было?..
— Практика показывает, что слухи пугают родителей даже больше, чем собственный опыт общения. А ещё обычно матери с синдромом гиперопеки стараются подружиться с консьержами, чтобы те сливали им информацию о личной жизни детей.
Сяо Чжань вспомнил все те разы, когда родители словно чуяли, что у него кто-то появился, и вздрогнул.
— Серьёзно?
— Да, — кивнул Ибо. — Ваш этаж?
Сяо Чжань махнул рукой, приглашая следовать за собой. Его сердце успокоилось до такой степени, что мозг даже сумел сгенерировать вопрос для светской беседы:
— А вы… давно таким занимаетесь?
— Пару лет, — сказал Ибо.
— И… почему?
— Деньги.
— А.
Они дошли до двери квартиры Сяо Чжаня, и под пугающе внимательным взглядом Ибо он даже смог попасть ключом в замочную скважину и не опозориться. Орешек мявкнула, приветствуя его, а потом, заметив незнакомца, развернулась и спешно скрылась за ближайшим углом, чтобы в первые несколько минут понаблюдать издалека, изучить обстановку и убедиться, что беспутный хозяин привёл кого-то достойного кошачьего доверия.
Ибо стянул найковские кроссовки, наступив на пятки, устроил шлем на комоде и расстегнул куртку. Под ней оказалась простая белая футболка с лаконичной надписью “WastedYouth”.
— Идёмте… туда, — Сяо Чжань неловко махнул в направлении гостиной, шагнул в сторону и впечатался бедром в острый край комода. — Твою же!..
Ибо коротко хмыкнул.
Потом, уже устроившись на диване, он достал из кармана смартфон, открыл пустой файл для заметок и поднял на Сяо Чжаня глаза.
— Анкету с ключевыми вопросами я вам скину, так что давайте обсудим общие детали и выберем типаж парня для ваших родителей. У вас есть предпочтения?
— Эм. А что вы можете предложить? — Сяо Чжань сел в кресло напротив.
— Куратор галереи?
— Нет, — он отмахнулся со смешком. — Разочарование от того, что я решил пойти в искусство, папа с мамой уже пережили, второй раз не прокатит.
— Тиктокер?
— В школе и институте я играл в спектаклях. В общем, это к “искусству”.
— Женатый “натурал”?
— Проходили.
— Школьник?
— Отца хватит инфаркт.
— Гламурный котик?
— Я работаю в рекламном агентстве. Ну и…
— Вам сложно угодить, господин Сяо, — Ибо усмехнулся. — Безработный байкер?
— Это… подойдёт, — Сяо Чжань прикинул, что подумают родители, которые называли всех мотоциклистов самоубийцами и считали, что избранник сына должен быть минимум хирургом с золотыми руками, а максимум — супергероем, спасающим людей пачками. Безработный байкер? Идеальный план.
— Хорошо, — кивнул Ибо и что-то записал в заметки. — Дата?
— В среду?
Ибо снова кивнул:
— Мне подходит.
— А… деньги?
— Оплата по факту, — он поводил пальцем по экрану. — Анкету скинул, можете заполнять.
— Это всё? — Сяо Чжань моргнул.
— Ну да, — Ибо пожал плечами. — Вам нужно будет выглядеть влюблённым, смотреть на меня, кивать, вздыхать и всё такое. Справитесь? Вы ведь играли в спектаклях.
Сяо Чжань сощурился, чувствуя в очень вежливых фразах какой-то невероятный подвох.
— Справлюсь, — сказал он.
— Тогда заполняйте анкету, — Ибо хмыкнул и неожиданно лёг, закинув на диван ноги. Поёрзал, устраиваясь поудобнее, забавно сложил руки на груди и закрыл глаза. Где-то в этот момент до Сяо Чжаня дошло, что ничего нормального в этой ситуации нет.
— Что вы делаете?
— Будет странно, если я уйду, ведь, по мнению вашего консьержа, мы сейчас безудержно трахаемся. Так что я вздремну пару часов, чтобы времени зря не терять.
Сяо Чжань открыл рот.
И закрыл рот.
Ибо в этой своей позе трупа размеренно дышал и, кажется, уже вырубился. Сяо Чжань поднял глаза и очень внимательно изучил потолок. Бегущей строки с ответами и советами там не оказалось, так что пришлось снова садиться за макбук и открывать присланную анкету.
Периодически он поглядывал на своего незваного гостя. Ибо спал, Орешек медленно подбиралась к нему поближе, принюхиваясь и водя ушами.
Сяо Чжань вчитался в вопросы. Они больше были о его родителях, нежели о нём. Лишь в самом конце в паре пунктов Ибо спросил о месте работе клиента и аллергии. Сяо Чжань тщательно заполнил всё и откинулся на спинку кресла, подняв глаза. Орешек вытянулась вдоль тела Ибо, прижавшись пушистым боком и внимательно его изучала.
И Сяо Чжань против воли тоже вгляделся в его лицо. Оно было… маленьким. И красивым. Чёткая линия челюсти, ровный нос, пухлые, соблазнительно очерченные губы, брови вразлёт, родинка в основании шеи и ещё одна у самой мочки уха. Очень красивый парень, а уж с его способностью смотреть таким взглядом, что подгибались коленки, и вовсе неотразимый. Но не очень умный — заявился к незнакомцу домой и лёг спать на его диване. Сяо Чжань вздохнул, почувствовав подступающую головную боль, и запретил себе волноваться. Это не его дело. Абсолютно, совершенно, убийственно точно не его.
Орешек поднялась, по-кошачьи сладко потянулась и смело залезла Ибо на живот. Потопталась немного и тарахтяще замурлыкала, сворачиваясь клубком.
— Предательница, — выдохнул Сяо Чжань.
Он тоже встал и пошёл на кухню, решив, что без бокала вина этот вечер точно не переживёт. Минут через пять телефон пискнул уведомлением: один из дизайнеров прислал правки к проекту. Сяо Чжань ответил ему фразой “Перестань работать сейчас же”, но сразу полез смотреть, проверять и писать комментарии. Очнулся он, только когда позади раздался хриплый голос:
— Я ухожу.
Сяо Чжань повернулся и тут же об этом пожалел, потому что сонный Ибо лишился своей ауры холодной уверенности и стал выглядеть тем самым школьником, сыграть которого предлагал.
— А вам сколько лет? — неожиданно озаботился этим вопросом Сяо Чжань.
Ибо ухмыльнулся, и видение пропало.
— Достаточно, — сказал он, разворачиваясь. — Дверь захлопну. Кошка у вас классная.
Ибо скрылся в глубине коридора, а через пару минут тихо щелкнул замок. Сяо Чжань зачем-то дошёл до двери и дёрнул за ручку, проверяя. Закрыто.
В квартире стояла привычная тишина, от чужого присутствия остался лишь слабый запах незнакомого парфюма и вмятый след на диванной подушке.
Орешек потёрлась о ноги, мазнув хвостом, и мяукнула.
— Сам в шоке, — искренне согласился с ней Сяо Чжань и поднял на руки.
*
Выходные Сяо Чжань провёл с выключенным телефоном, смотря дурацкие шоу по телевизору. В понедельник написал матери, что хочет познакомить их с отцом с “особенным человеком”, и спросил, могут ли они встретиться за ужином в среду. Мама согласилась и необычно ласково поинтересовалась, какие блюда любит этот особенный человек.
Сяо Чжань, не ожидавший такого поворота, не придумал ничего лучше, чем переадресовать вопрос Ибо.
Тот молчал всё утро и только после обеда прислал короткий список, первую строчку которого занимал салат “Битые огурцы”. Сяо Чжань отправил в ответ эмодзи. Ибо кинул гифку с жующей пандой, и это было ещё неожиданней, чем вопрос от мамы.
— Ну как? — к нему подсела улыбающаяся Сюань Лу.
— Ну… — Сяо Чжань шумно выдохнул. — Твоя подруга случайно не упоминала, что этот парень… такой?
— Какой?
— Пугающе профессиональный.
Сюань Лу звонко рассмеялась, и на них начали поглядывать. Особенно старался Цао Юйчэнь, который в равной степени был влюблён в Сюань Лу, не замечал общеизвестную ориентацию Сяо Чжаня и пребывал в уверенности, что хихикают они вместе неспроста.
— Я серьёзно, — сказал Сяо Чжань. — Если бы все наши команды обладали его настойчивостью и профессионализмом, мы бы все планы выполняли, а финансовый отдел перестал ходить с похоронными лицами.
— Рада, что он тебе понравился.
— Он меня пугает, менеджер Сюань, пугает. Думаю, родители, как только за ним дверь закроется, начнут звонить всем моим бывшим и умолять их вернуться.
Сюань Лу снова захихикала, пряча улыбку в ладонь.
— Расскажешь потом в лицах, — потребовала она. — Со всеми подробностями.
— Обязательно, — торжественно кивнул Сяо Чжань.
И если бы он тогда знал, чем всё в итоге закончится.
*
Понедельник-вторник-утро среды слиплись в один бесконечный комок, в котором все ключевые клиенты агентства захотели, а потом перехотели, а потом захотели снова масштабные и безумные рекламные кампании. Сяо Чжаня как арт-директора таскали за собой на все встречи, а потом на ужины, а потом ещё и в бары, потому что невозможно было предсказать, в какой именно момент дня и ночи у клиента случится озарение, которое нужно будет притушить или раздуть в бушующее пламя. Между делом ему приходилось вполглаза следить за работой команды своих дизайнеров и давать им обратную связь по всем текущим проектам.
Он и думать забыл об ужине, родителях, предстоящем спектакле и Ибо. Пока в обед мама не написала адрес очень дорогого и очень приличного ресторана, который раньше родители выбирали разве что для самых важных семейных праздников.
— Твою мать, — вслух протянул Сяо Чжань, представив там синеволосого Ибо в косухе и дырявых джинсах.
— Арт-директор Сяо? — занервничал стажёр, решив, что такое впечатление на начальство произвели сделанные им стикеры. — Я всё исправлю!
— Что? Нет, всё нормально, делай дальше… в этом же стиле.
— Хорошо! — стажёр закивал и унёсся к своему месту.
Сяо Чжань вздохнул и переслал Ибо адрес ресторана и время встречи. Ибо ответил сразу же, написав, что им лучше встретиться заранее и приехать вместе.
“Как вы относитесь к мотоциклам?” — спросил он, и у Сяо Чжаня все похолодело внутри.
“С подозрением”, — ответил он.
“Все будет ок, — написал бесконечно уверенный в себе Ибо, — пишите адрес, я за вами заеду”.
Сяо Чжань в красках представил, как его наматывает на колесо грузовика, и, тихо заскулив от безнадёги, отправил адрес.
— Эм. Босс, с тобой всё нормально? — спросила Ван Ифэй.
— Да, — тоскливо сказал он. — Если я не доживу до завтра… сожгите мой компьютер, не пытаясь подобрать пароль.
Его подчинённые захмыкали, думая, что это шутка. Сам Сяо Чжань не был в этом так же сильно уверен.
*
Рабочий день кончился пару часов назад, и Сяо Чжань, едва не пропустивший нужное время, вышел из офисного здания и затормозил, высматривая Ибо. Мимо него проплывали такие же коллеги-трудоголики, прощаясь и приглашая пойти с ними до ближайшего бара.
Сюань Лу вот остановилась.
— Ну?
— Любопытство сгубило кошку, — вздохнул Сяо Чжань.
Сюань Лу рассмеялась и ударила его кулачком в плечо.
— Хочу посмотреть. Подруга говорила, что он красавчик, а ты только про профессионализм.
— Он… впечатляющий.
— Арт-директор Сяо, — Сюань Лу склонила на бок голову и прищурилась, — ты покраснел. И теперь мне кажется, что ты скрыл от меня какую-то очень важную информацию.
— Неправда, — Сяо Чжань твёрдо намеревался стоять до последнего и унести историю того поцелуя в могилу. Вроде и не было в нём ничего такого, но стоило только вспомнить, как сердце проваливалось куда-то к желудку, а тот, наоборот, подскакивал к горлу. Сяо Чжань не был фанатом настолько альтернативной анатомии, поэтому о поцелуях с Ибо решил не думать. Поцелуе. Не поцелуях. Одном. Одном-единственном поцелуе.
— Ого, — Сюань Лу вскинула бровь. — А теперь ты вообще пятнами пошёл. Никогда такого не видела.
— Ну тебя, — выдавил Сяо Чжань. — Бессердечная женщина.
— Неправда, — бессердечно рассмеялась она.
Сяо Чжань уже открыл рот, чтобы привести неопровержимые доказательства, когда рядом с ними затормозил синий мотоцикл. Ибо слез, стащил с себя шлем, взлохматил волосы рукой и подошёл ближе.
— Господин Сяо.
— П-привет, — трагическая гибель в расцвете лет снова встала перед глазами Сяо Чжаня. А ведь он даже не был айдолом, чтобы так резко ворваться в клуб двадцати семи за месяц до собственного дня рождения.
— Здравствуйте! — широко улыбнулась Сюань Лу. — Пожалуйста, позаботьтесь об арт-директоре Сяо. Он очень всем нам дорог.
Ибо вскинул бровь и зловеще усмехнулся.
— Обязательно, — пообещал он. — Вы готовы?
— Нет, — честно признался Сяо Чжань и тут же заюлил: — Может, на такси? А то у вас вон шлем один, а это противоречит всем правилам дорожного движения, и безопасности, и…
Ибо всё кивал и кивал, медленно отходя к мотоциклу. А потом открыл спрятанный под сидением багажник и жестом фокусника на представлении достал оттуда второй шлем.
Сюань Лу захихикала, и Сяо Чжань смирился с судьбой. Возможно, в прошлой жизни он был не очень хорошим человеком, и теперь должен был уплатить накопившийся кармический должок. А если вспомнить, куда именно и с кем он сейчас собирался поехать, становилось кристально ясно, что и в следующей жизни ему будет непросто.
— Готовы?
— Ладно, — сказал Сяо Чжань и пошёл к нему. — Пока, менеджер Сюань!
— Помни, что ты обещал мне подробности! — она помахала им рукой и пошла ко входу в метро.
Ибо великодушно помог Сяо Чжаню со шлемом — от прикосновения горячих пальцев к тонкой коже под подбородком мурашки побежали по спине, — а потом ещё и командовал, как сесть, куда ставить ноги, за что держаться. За кого. Вот об этом Сяо Чжань почему-то сразу не подумал.
Он положил ладони Ибо на талию, едва касаясь, но тут мотоцикл будто прыгнул вперёд, и пришлось вцепиться покрепче, прижаться грудью к спине, чтобы не слететь.
А ведь он даже на велосипеде ездить не умел! Ибо же уверенно маневрировал в плотном потоке машин, словно это было проще простого. Мотоцикл был вёртким, послушным, а его двигатель забавно звучал, будто где-то в глубине механизма маленькие человечки быстро-быстро стучали маленькими молоточками о наковальни.
Несколько минут спустя Сяо Чжань расслабился настолько, что перестал цепляться за Ибо, как утопающий — за приплывшего к нему дельфина.
До ресторана они добрались быстрее, чем на машине. Сяо Чжань увидел родителей у входа и похлопал Ибо по плечу, показав на них пальцем. Тот кивнул и проехал вперёд, красиво затормозив перед их носом.
Отец поморщился и отвернулся, мама скользнула по ним взглядом и вытаращила глаза:
— А-Чжань?!
Сяо Чжань приветливо махнул рукой, слез с мотоцикла и попытался стащить шлем, едва не удавив себя застёжкой. Ибо язвительно хмыкнул и помог. Сяо Чжань попытался изобразить в ответ влюблённый взгляд.
Потом шлем снял сам Ибо, и челюсти родителей синхронно отвисли. Не зря всё-таки мама и папа тридцать лет прошли рука об руку.
— Кхм.
— Ох.
— Привет, мам, пап, — Сяо Чжань улыбнулся от уха до уха. — Познакомьтесь, любовь всей моей жизни.
— Просто Ибо. Я не признаю эту хрень с обращениями, — сказал Ибо и усмехнулся.
— Кхм, — повторил отец.
Мама на мгновение прикрыла глаза, но всё-таки смогла приветливо кивнуть и натянуто улыбнуться:
— Очень… рады встрече. Давайте… сядем за столик. Да, дорогой?
Отец, сверлящий взглядом синие пряди и серёжки в ушах Ибо, молча развернулся. Как человек, всю свою жизнь проходивший в костюмах, чья цветовая гамма не отличалась разнообразием оттенков, он в целом с трудом воспринимал современную моду. Светло-голубая худи Сяо Чжаня уже казалась ему верхом распущенности, дырки на джинсах — признанием в собственном слабоумии, серьги — аксессуаром для девиц, а уж цветные волосы… “Ты должен соответствовать” — вот единственный совет, который отец мог бы дать, если бы захотел. Ибо же выделялся из толпы сам по себе, что уж говорить о его стиле.
Мама шла за отцом и периодически поглядывала через плечо, словно пыталась убедиться в реальности происходящего.
Их проводили за столик, они сели. Ибо ухмыльнулся, ухватился за спинку стула Сяо Чжаня и одним движением с легкостью подтащил к себе, так что ножки противно заскрежетали по мраморному полу. Разговоры вокруг оборвались. Сяо Чжань мечтательно и восхищенно уставился на Ибо. В его голове крутилась фраза “Ни хрена ж себе!”, к которой бурное воображение подкидывало дровишки порнушных фантазий, из-за чего тут же начало припекать уши и шею.
— А-Чжань, — позвала мама, — расскажи нам, где же вы с… Ибо познакомились.
— В баре, — ответил Ибо и намекающе вздёрнул бровь. Подтекст “познакомились и потрахались” считывался так отчётливо, что мама поджала губы.
— Ну, — сказала она, пытаясь держать себя в руках, — сейчас вся молодёжь так знакомится. Да, дорогой?
Отец помолчал.
— А чем вы занимаетесь, Ибо? Работаете?
— Да нет. Работа — для бесполезных идиотов.
Шея отца начала медленно краснеть.
— Учитесь? — с надеждой спросила мама.
— Бросил после средней школы. Кому нужно это образование?
— Конечно, — поддакнул Сяо Чжань. — Только время зря терять.
Мама снова прикрыла глаза. К счастью, именно в этот момент к ним подошёл официант со сделанным заранее заказом. В повисшей тишине Ибо скользнул ладонью между Сяо Чжанем и спинкой стула, обнял за талию и со всей силы ткнул пальцем в синяк, который появился после того неудачного столкновения с комодом. Запомнил ведь, гадёныш! Сяо Чжань подпрыгнул и зашипел, Ибо усмехнулся и низким голосом спросил:
— Всё ещё болит?
Отец дёрнул рукой, и бокал с вином полетел на пол.
— Не волнуйтесь, господин Сяо, мы сейчас всё уберём, — заверил официант, и вокруг засуетились его коллеги.
— Так… — мама всё ещё натянуто улыбалась, — вы с А-Чжанем собираетесь жить вместе?
— Конечно, — кивнул Ибо. — Я с ним теперь до самой смерти.
Отец резко поднялся из-за стола.
— Дорогой? — в голосе мамы слышался какой-то намёк. Но на что именно, Сяо Чжань не понимал.
— Нам пора. Срочные дела. Жена, идём.
Не удостоив их ни взглядом, ни прощанием, отец устремился к выходу. Мама тяжело вздохнула и, похлопав его по руке, почти побежала за ним.
Сяо Чжань закрыл ладонями лицо и захохотал.
*
Весь четверг родители зловеще молчали, и Сяо Чжань был уверен в безоговорочном успехе. Сюань Лу, которой он все произошедшее пересказал и даже показал в лицах, — тоже. Он перевёл деньги за услугу, горячо поблагодарил Ибо и пообещал, если будет нужно, написать огромный хвалебный отзыв.
А утром в пятницу мама позвонила.
— Сынок, — приветливо начала она, — мы с папой поговорили и решили, что раз в прошлый раз нам пришлось так быстро уйти, стоит провести вместе выходные.
— Что? — Сяо Чжань вытаращил глаза, не веря своим ушам.
— Понимаю, вам не очень хочется ехать куда-то с родителями, но мы очень хотим познакомиться с… Ибо поближе.
— Что? — переспросил Сяо Чжань.
Кажется, он споткнулся в ванной и попал в какое-то параллельное измерение, где его родители готовы были принять любого парня с распростертыми объятиями. Как вариант — споткнулся в ванной, ударился головой и лежит сейчас в коме.
— Завтра утром мы за вами заедем. Всё, пока, милый, целую.
Мама повесила трубку. Сяо Чжань с минуту сидел неподвижно и не моргая, пытаясь понять, что теперь делать. А потом телефон завибрировал снова, а на экране отразился очень знакомый незнакомый номер.
— Ибо! — выдохнул Сяо Чжань в трубку. — Ибо, это катастрофа!
— Что случилось? — после секундной заминки спросил тот.
— Звонила мама, они зовут нас — меня и моего парня! — провести с ними выходные. Они точно обо всём догадались и теперь проверяют.
— Эти выходные? — уточнил Ибо.
— Да! Мне конец. Пора покупать тур в максимально отдаленную от Китая страну, чтобы навсегда затеряться там в трущобах.
— Всё нормально, мы просто продлим срок аренды, — сказал Ибо. — Оставьте план с трущобами на крайний случай.
— Правда?
— Да, — Ибо хмыкнул. — В какое время приедут ваши родители?
— Зная их — в любое.
— Тогда я приеду сегодня вечером, — решил Ибо.
— Спасибо.
— Не за что.
— А… — Сяо Чжань неожиданно понял, что Ибо вообще-то не должен был ему звонить. — А ты… в смысле вы что-то хотели?
— Давай на “ты”, — сказал Ибо. — Мне пора. Встретимся вечером.
Сяо Чжань положил телефон на стол и со стоном опустил голову, прижавшись к прохладной поверхности лбом.
Катастрофа!